Киноархив-1961: Покушение на монашенку в приюте для бомжей
55 лет назад вышел фильм великого Луиса Бунюэля «Виридиана» – уже 23-я постановка испанца-сюрреалиста, однако знаменующая начало чего-то нового в его творчестве. Это новое в конце концов окажется порой наивысшего бунюэлевского расцвета. Луис – уникальнейший режиссер уже и в том смысле, что снимал он до глубокой старости, но даже в закатные для него семидесятые выдавал шедевр за шедевром.
«Виридиана» есть вторая часть «религиозной трилогии» Бунюэля, а главное – первая из его картин с иконописной мексиканской блондинкой Сильвией Пиналь. Уже во второй половине 60-х Луис переключится на ультрамодную тогда Катрин Денев, но на правах марочной бунюэлевской актрисы в историю войдет именно пленительная Пиналь.
Перед тем как принять бесповоротный постриг, молодая монахиня Виридиана (Сильвия Пиналь) соглашается погостить у своего богатого дядюшки дона Хайме (Фернандо Рей). Дядюшка от избытка родственных чувств сперва чуть не обесчестил цветущую племянницу, а потом покончил с собой.
Ввиду свалившегося на нее наследства Виридиана решает повременить с постригом, но только для того чтобы растратить это самое наследство на нужды всевозможных нищих, убогих и страждущих. И даже материализовавшийся сын дона Хайме – нахрапистый Хорхе (Франсиско Рабаль) – сперва не может усмирить родственницу с ее богоугодным рвением. Однако более чем близкое знакомство с униженными мира сего рано или поздно приведет-таки Виридиану к глобальной переоценке ценностей.
Бывают и такие монахини
Один из самых лучших фильмов первейшего киносюрреалиста двадцатого века какого-либо сюра напрочь лишен. Наоборот, «Виридиана» выполнена в традициях предельно жесткого реализма, даже натурализма. В то время как итальянцы-неореалисты продолжали умиляться на псевдоблаженную трущобную голь, безапелляционный Луис показал, чего именно эта голь стоит.
Бедность – отнюдь не залог добродетели, религия – лукавый самообман, благотворительность зачастую приводит к ненависти: эти бунюэлевские постулаты – сегодня практически непреложные – привели в ужас эскапистское шестидесятническое общество. «Виридиана», конечно, получила «Золотую пальмовую ветвь» (одну из самых бесспорных, кстати), но большинство европейцев смогли увидеть это творение лишь через пару десятилетий, а режиссеру продолжение работы в родной Испании оказалось заказано до конца его дней.
Всему виной – кульминационная сцена «Виридианы», одна из самых хрестоматийных во всей истории синематографа. Оргия веселых нищих в барском доме, кощунственно травестирующая Тайную вечерю и завершающаяся попыткой гнуснейшего и подлейшего изнасилования Виридианы, их искренней благодетельницы, – этот эпизод не забудет никто, кто хоть одним глазком его увидит.
Религиозная франкистская Испания не оценила бунюэлевский антиклерикализм – и в родной стране режиссер никогда уже ничего не снимал
Изысканного Бунюэля после этого годами почитали жесточайшим из режиссеров планеты, а мексиканская красавица Сильвия Пиналь даже исполнением роли дьявола в другой картине Луиса не превозмогла того, что навеки слился с ней именно образ Виридианы.
Ну а самые последние кадры данного шедевра до сих пор остаются великолепным образчиком того, как следует заканчивать умные фильмы, – уверенной негаданной кодой, подводящей итоги, но вместе с тем крайне многозначительной.
«Виридиана» (Viridiana). Режиссер: Луис Бунюэль. Испания, Мексика, 1961
