«Книга пойдёт по пути искусства»
«За книгой не надо становиться в очередь. Книга должна входить в духовный мир человека ненавязчиво, спокойно и радостно», – считает иркутский издатель Геннадий Константинович Сапронов.
Его называют своим издателем живые классики русской литературы. За неполных десять лет под маркой «Издатель Сапронов» вышло около 100 книг: произведения Виктора Астафьева, Валентина Распутина, Евгения Носова, Михаила Кураева, Валентина Курбатова, Льва Анненского, Евгения Евтушенко. Этот список выдающихся имён можно продолжать, но не долго. «К сожалению или нет, но я занимаюсь изданием книг небольшого круга авторов», – признаётся Геннадий Сапронов.
Но как издаёт! Когда высокие требования издателя сочетаются с полиграфией высочайшего качества и работой такого художника, как Сергей Элоян, сама книга становится произведением искусства. Наглядным тому примером служит последнее издание Виктора Астафьева. Чтобы «поймать» его «Царь-Рыбу», нужно сначала потянуть за верёвочку как за леску, и только тогда она поднимется из глубин… футляра.
Что это – попытка привлечь «на блесну» искушённого книжным разнообразием покупателя или дань уважения к авторам, книге, читателям?
– В современном мире с его стремительным потоком информации книга как полиграфический продукт пойдёт по пути искусства, – считает Геннадий Сапронов. – Сегодня становится всё больше книгозаменителей, причём весьма качественных: аудиокниги, электронные библиотеки, книги на CD-дисках, что очень удобно – целое собрание сочинений на одном диске.
В этих новых электронных условиях жизни книге необходимо «научиться себя чувствовать» с точки зрения микрокультурного климата, в котором она в данный момент существует. К хорошему тексту нужно хорошее полиграфическое оформление. Тот же художник своими иллюстрациями создаёт полноценный сюжет. Всё в книге должно работать на зрительное восприятие таким образом, чтобы приглашать читателя к ненавязчивому знакомству, а не бросаться на него с магазинного прилавка с криком: «Купи меня немедленно!»
– И как читатель отвечает на приглашения?
– Возьмём подарочное издание четырёхтомника Валентина Распутина, вышедшее в прошлом году к его юбилею. Здесь собраны до хрестоматийности знакомые тексты – ничего нового мы не предложили. И многие люди мне говорили, да, у нас есть ранее изданные книги Распутина, но именно это издание хочется подержать в руках и ещё раз всё перечитать. Вот и ответ на приглашение.
Человек должен соприкасаться с подобной литературой через книги именно в таком исполнении. В случае с последними изданиями Распутина, Астафьева, я ставил задачу, чтобы читатель, увидев эти книги, понял одно – это подарок. Думаю, мне удалось воплотить свой замысел. Книги многих сегодняшних российских писателей, в зависимости от содержания и общественной задачи, могут и должны быть так исполнены.
– Но ведь и цена на такие книги немалая.
– Настоящие книгочеи – люди, как правило, с небольшим материальным достатком, но, как это ни странно, именно они покупают подобные издания. Истинный книголюб никогда не устоит перед прекрасно изданной книгой своего любимого автора. Деньги народу тоже не с неба падают, поэтому с меня, как издателя, и спрос большой. Мало выпустить книгу на ласкающей руку бумаге. Книгу нужно сделать так, чтобы она была одна такая на всём белом свете.
Что касается высокой цены, то это скорее вопрос к продавцам. К сожалению, сегодня сложилась ситуация, когда книготорговец порой продаёт книгу по стоимости в два, а то и три раза дороже, чем приобрёл у издателя. Это ненормально. Цены на произведения классиков, издания для детей, справочники должны быть доступными, но высокими – на «одноразовые» детективы и прочие кулинарные, аптечные и гороскопные издания. Зайдите сегодня в книжный магазин – там всё с точностью наоборот.
– Каков сегодня спрос на классическую литературу?
– Колоссальный! Определённую роль в её популяризации играет телевидение, экранизируя сегодня произведения великих писателей, не всегда, правда, удачно. Но каким бы гениальным не был фильм, ничто не заменит поэтической строки Пушкина и Лермонтова, чеховского и бунинского рассказа, романов Толстого и Достоевского – там хрустальное русское слово. На страницах произведений классиков, в том числе и современных, душа отдыхает. Ничего даже близкого не найти в других книгах, пусть и с хорошо скроенным, закрученным сюжетом. Да, это интересно, но само слово не то и не всегда о том.
– Но для тех, кому книга – форма развлечения…
– Сокрушаться по этому поводу, мне кажется, тоже не стоит: со временем человек всё равно приходит к Толстому, Блоку, Астафьеву, Распутину. Я порой восхищаюсь иными молодыми людьми, которые не теряются в сногсшибательном, вкусном, заманчивом информационном потоке сегодняшнего дня. Успевая бывать и в ночных клубах, и на концертах современной музыки, они все же находят время читать книги наших классиков, качественную литературу. Дискотека – это всего лишь выплеск избыточной энергии, современная литература – всегда поиск нового, а классика в любом жанре искусства (особенно музыка) – это просто глубинное обогащение души. И радостно, что молодежь сегодня всё больше это понимает.
– Полиграфические изыски, подобные тому же футляру для «Царь-Рыбы», это новая тенденция на книжном рынке или пока ещё разовые акции отдельных издателей?
– Осенью я был на московской ярмарке интеллектуальной литературы «Нон-фикшн». Это единственная ярмарка, которую для меня, как говориться, «доктор прописал». Все другие книжные мероприятия, за исключением ещё ярмарки книжной культуры в Красноярске, больше похожи на обычные книжные базары, где торгуют всем, что печатается на бумаге.
«Нон-фикшн» – это другое, в этой ярмарке я участвовал уже в четвёртый раз. Здесь можно познакомиться с очень интересными полиграфическими новинками, увидеть широкий спектр по-настоящему хорошего книжного «репертуара» в самых разных литературных жанрах. Даже крупные издательства, выпускающие, в том числе и литературную попсу, сюда эту попсу не тащат, потому что понимают – здесь это дурной тон, и выставляют серьёзную и качественно изданную литературу.
И поэтому я всегда радуюсь успехам своих коллег, которые любят книгу, умеют её делать. Иногда просто дух захватывает. Мой друг и коллега Аркадий Елфимов из Тобольска затеял и уже издал замечательную серию книг «Тобольск и вся Сибирь». Выпустил ремизовские карты Сибири. Всё это исполнено полиграфически изящнейшим образом. Так же работает мой друг во Владивостоке, издатель Александр Колесов. Таких издателей, по-настоящему любящих книгу, творчески и талантливо подходящих к своему делу, в России немало. Жаль вот только, что уж больно разбросаны мы на наших необъятных просторах и связи между нами не такие крепкие, а где-то и вообще до нас никому нет дела.
– И все же, глядя сегодня на издательскую продукцию, есть чему поучиться?
– Безусловно. Другое дело, что в России ещё не могут делать книги высочайшего полиграфического уровня. Те же «Сибирь, Сибирь…» и четырёхтомник Распутина, «Царь-Рыбу» Астафьева, «Подорожник» Курбатова я печатал в Китае. У нас, конечно, сделали бы, но хуже качеством и значительно дороже. Тогда уж точно эти книги никто бы не смог купить. Да и не захотел бы, если говорить о качестве.
И с последней московской ярмарки, о которой мы уже говорили, я уехал в несколько грустном настроении. Мой стенд с произведениями Распутина, Астафьева, Курбатова, Носова, Анненского, Белова был, пожалуй, единственным в своём роде. Очень мало у других издательств было литературы с лучшими образцами русского слова. Всё вроде внешне хорошо, интересно по содержанию, ново в оформлении и печати, но какое-то сиюминутное, урбанизированное что ли. Чувствуется избыток городской, чаще московской литературы, не выходящей даже сюжетно за пределы Садового кольца. Последнее время стала очень заметна – особенно это видно в так называемой городской литературе и новом отечественном кино – тенденция формирования этакой столичной субкультуры, в основе своей глубоко равнодушной ко всему: здесь ирония больше похожа на цинизм, а душевные страдания – из разряда юмора.
– Общество, родители, учитель, книга – какое место по значению в формировании человека занимает книга?
– Я бы поставил на первое место родителей и книгу – они формируют человека, делают его духовно и нравственно богаче, сильнее. Вопрос в другом: какие родители и какие книги? Есть ли вообще книга в доме? Посмотрите «Дом-2» или жилища этих бесконечный «фабрик звёзд», вы там нигде не увидите книг, они не мелькнут даже на самом дальнем плане. А если рядом с молодым человеком нет книги, сразу возникает вопрос – что у него за родители? Наличие книг может ни о чём не говорить, но их отсутствие говорит о многом. Я сомневаюсь, что, не имея книги под рукой, как помощника и советника, родители могут полноценно воспитать ребёнка, дать ему правильный и верный ориентир в последующей жизни.
– А какой ориентир правильный?
– Для каждого человека ориентиры разные, для одного правильно – это Пушкин и Толстой, для другого – Пелевин и Акунин. Пожалуйста! Сегодня никто и ничего не запрещает, но благодаря книге человек хотя бы по-русски читать научится.
Грамотность напрямую зависит от объёма прочитанного материала, а не услышанного по радио или через плеер, не увиденного на экране компьютера или по телевизору. Пробовал я слушать аудиокниги, тексты Зощенко, Чехова, Шаламова в исполнении прекрасных актеров, но на слух… не то!
Книгу же писатель пишет сердцем, пропуская через ум, держа в руке «перо», когда читаешь книгу, энергия течёт обратно – от страницы через руки, ум, в сердце. Этот духовный обмен возможен только благодаря соприкосновению с живым – книгой, а не через экран компьютера.
– Значит, человек что-то теряет, если не читает книгу?
– Не просто теряет, он становится полуслепым, если хотите недоразвитым. Правда, ему так не кажется. Он думает, что посмотрел «Войну и мир» по телевизору (особенно последний полуимпортный кинопродукт) и этого достаточно. А язык Толстого? Это же самое главное! Да, можно прекрасно экранизировать «Капитанскую дочку» и тому есть примеры, а великий язык Пушкина, со всей его глубиной звуков и смыслов, куда мы его денем? Забудем? Ужмём до размера флэшки и превратимся в носителей наушников? …Пока мы по-настоящему носители русского языка, владельцы этой действительно великой и могучей силы, мы ещё народ.
