Глобальному миру нужны глобальные законы
Процесс глобализации, захвативший мир в последние десятилетия, сопровождается множеством естественных проблем и трудноразрешимых противоречий. Было бы странно, если бы все шло тихо, гладко и по общему согласию. Однако решения находятся, особенно, когда их упорно ищут.
Человечество до сих пор не придумало лучшего механизма урегулирования споров, чем право. Альтернатива праву — насилие, война, разрушение цивилизации. Такая альтернатива мало кого устраивает, хотя нельзя сказать, что таких политических сил, стран и отдельных личностей вообще нет. Конфликты между государствами также наилучшим образом разрешаются с помощью международного права. Либо с помощью оружия. Либо консервируются и не разрешаются вовсе, что на самом деле только отодвигает решение на неопределенный срок.
Причиной большинства межгосударственных конфликтов были и остаются территориальные споры или, точнее, споры о распространении государственной юрисдикции на те или иные территории. Для развитых, высокотехнологичных стран в XXI веке владение территорией перестает иметь решающее значение. Экономическая, торговая, финансовая, информационная, культурная экспансия гораздо эффективнее решает те задачи, которые в предшествующие века решались армиями и флотами. Мирное распространение своего влияния со всех точек зрения предпочтительнее военной агрессии. Собственно говоря, в этом русле и проходит процесс глобализации — взаимопроникновение культур (в том числе политической и правовой) позволяет избежать военной конфронтации и создать общую юрисдикцию.
Две загвоздки остаются на этом пути. Первая — страны, исповедующие в государственной политике ценности XIX века, а то и средневековья. Максимальная закрытость этих стран от внешнего мира сочетается с жесткими авторитарными или диктаторскими режимами, осадной психологией и постоянной готовностью к военной экспансии. Условно говоря, страны-изгои.
Вторая загвоздка сложнее. Национальная самобытность, боязнь ассимиляции и утраты национальной идентичности могут быть настолько сильны, что возникает процесс, обратный глобализации — сепаратизм. Особенно легко он развивается в ситуации нарушений прав человека, когда отделение от метрополии представляется единственным реальным способом защитить свои национальные, культурные, а заодно и все остальные права. Увы, далеко не всегда это удается сделать, даже отделившись от метрополии. Больше того, метрополия может уже измениться, нагнать упущенное на пути к высоким стандартам демократии и прав человека, а сепаратистская территория будет по-прежнему барахтаться в остановившемся времени, переживать старые комплексы и отгораживаться от своей бывшей страны, памятуя недавнее историческое прошлое. Что делать, национальные раны глубоки и лечатся не быстро.
Если первая загвоздка редко решается иначе чем военным или революционным путем, то вторая поддается международному правовому решению. Идеальный пример — бывшая Югославия, точнее Сербия и Косово. Вряд ли можно было мирным путем остановить Милошевича в Югославии и тем самым положить конец геноциду албанцев в Косово. Нельзя было остановить Хусейна в Ираке иначе, чем силой оружия. Невозможно было уговорить Гитлера на мирное решение вопросов. Вряд ли удастся мирными способами обуздать ядерные амбиции Ахмадинежада в Иране и Ким Чен Ира в Северной Корее.
Но проблему Косово решить правовыми средствами удалось. Конечно, с точки зрения международного права это не было идеальным решением, по той простой причине, что нет раздела международного права, регламентирующего получение независимости и международного признания.
Между тем, международное законодательство о легальном сепаратизме совершенно необходимо. Законное стремление нации (в европейском понимании — народ, а не в российском — национальность) к самоопределению должно опираться не просто на декларативную норму в международных актах о правах человека, а на тщательно продуманную и поддержанную международными военно-полицейскими силами законодательную базу. Возможно, нужен даже международный судебный арбитраж, способный учесть интересы всех сторон, а затем вынести справедливый вердикт и обеспечить его выполнение. В глобальном мире, отказавшемся от войны как обычного средства разрешения конфликтов, совершенно необходим будет суд, разрешающий иски по территориальным спорам. Прецедент с Косово очень явно показал это.
Еще больше необходимость такой процедуры видна из нынешнего противостояния Грузии и Абхазии. Неоднозначность и сложность ситуации вызвана здесь, прежде всего, тем, что в конфликт вмешалась третья страна — Россия. В попытках погреть руки на сепаратизме у соседа и под шумок оттяпать у него часть территории, нет ничего нового. Возможно, Абхазия и Грузия уже давно договорились бы между собой, если бы не дестабилизирующий российский фактор на Кавказе.
Здесь есть непростой вопрос: как сочетается право наций на самоопределение с недоброжелательной политикой соседних стран, направленной на разжигание сепаратизма и создание искусственных поводов для отделения? Можно ли считать законным поводом для сепаратизма создание этнического перевеса на территории путем проведения соседней страной или метрополией целенаправленной миграционной политики? Можно ли считать законным поводом для сепаратизма свободное и массовое приобретение гражданства соседней страны?
Законность притязаний Абхазии на независимость совершенно очевидна, однако в сопутствующих обстоятельствах много сомнительного. Не решусь сейчас давать однозначные ответы на эти вопросы, но введение одной жесткой нормы представляется разумным. Территория, заявившая о своем отделении и стремлении к независимости, не может в течение, например, 30 лет входить в состав иных стран. Это отобьет нездоровый аппетит у алчных соседей, даст возможность улечься обидам у конфликтующих сторон и, возможно, расставит по своим местам то, что не было заметно в пылу взаимных обвинений и приступов национальной истерии.
Чрезвычайно полезным было бы создание международного института, организующего референдум на сепаратистской территории. Все этапы отделения — от поставленной сепаратистами цели до международного признания — должны быть введены в законное русло. Референдум в этом процессе имеет решающее значение, ибо именно он определяет волю проживающего на территории населения.
Необходима международная институция, реализующая и легализующая право наций на самоопределение. Вероятно, она должна опираться на специальную международную конвенцию о правилах сепаратизма и созданный в рамках такой конвенции наднациональный суд.
Все это, конечно, выглядит несколько утопичным, затратным и труднодостижимым. Однако стоит подумать о тех человеческих жертвах и материальных потерях, которые сопутствуют сепаратизму, когда он основан не на праве, а на силе.
