Глобализация по Уэллсу

После 18 месяцев рецессии американцы ждут будущего с надеждой. Многим она кажется оправданной, но день на день не приходится, и светлые прогнозы сменяются мрачными в зависимости от того, как ведет себя истеричка-биржа. В такой ситуации полезно оглянуться на прошлое, чтобы узнать, каким оттуда представлялось будущее и настоящее.

В 1933 году знаменитый фантаст Герберт Джордж Уэллс издал книгу, название которой обычно переводят на русский как “Облик грядущего”. Это не роман и не публицистика, которой Уэллс тоже отдал щедрую дань. Книга написана от имени некоего дипломата доктора Филиппа Рэйвена, скончавшегося в Женеве, где он работал в секретариате Лиги Наций. В предисловии Уэллс пишет, что его друг Рэйвен в свое время рассказал ему, что видит во сне учебник истории, изданный в 2106 году, и с некоторых пор записывает по памяти то, что прочел в этой снящейся ему книге. Рукопись, которую Уэллс решился предать огласке, и есть этот самый учебник истории будущего, пересказанный Рэйвеном.

Книга состоит из четырех частей. Первая часть излагает события уже случившиеся: Мировая война, Версальский мир, попытка создать организацию по поддержанию мирового порядка, мировой экономический кризис... Переход к будущему происходит настолько незаметно для читателя, что, углубившись в чтение, вдруг спохватываешься и листаешь назад в надежде найти шов, которым будущее приторочено к прошлому. Шов этот – международная экономическая конференция, созванная в Лондоне в июне 1933 года. Это последнее реальное событие в книге. Уэллс считал его поворотным пунктом европейской истории. Дальше начинается футурология.

О Лондонской конференции сегодня вспоминают довольно часто. Особенно часто - по случаю проведения в том же городе саммита "двадцатки" в марте 2009 года для обсуждения мер борьбы с глобальным кризисом. Параллель напрашивается сама собой.

Конференция 1933 года была гораздо более представительной: в ней участвовало не 20, а 66 стран. Состав участников был пестрый. Советскую Россию представлял народный комиссар иностранных дел Максим Литвинов, нацистскую Германию – глава Рейхсбанка Ялмар Шахт. В день открытия, 12 июня, к собравшимся обратился король Георг V:

- Перед лицом кризиса, который все сознают и признают, я призываю всех вас к сотрудничеству во имя окончательного блага всего мира.

Делегацию США возглавлял государственный секретарь Корделл Халл. Ждали президента Рузвельта, но он не приехал. И не потому, что был занят - вместо конференции он отправился в морское путешествие на яхте. Уэллс считал, что тем самым Рузвельт торпедировал конференцию.

- Представьте себе Европу в 1933 году. Она находилась на краю пропасти: в Германии избран Гитлер, в Италии - Муссолини. Что дальше? От Америки ждали, что она возьмет на себя роль лидера. Корделл Халл просил: "Примите какой-нибудь закон о свободе торговли, отмените протекционистские тарифы. Тогда я смогу ехать в Лондон не с пустыми руками, и мы, возможно, договоримся до чего-нибудь. Я еду в Лондон вести переговоры о свободе торговли, но мне нечего предъявить партнерам". Конференция кончилась безрезультатно, Халл был удручен. Его слова оказались пророческими: торговля была значительной составной частью мира, - рассказал эксперт Совета по международным отношениям Эмити Шлесс.

Почему Рузвельт позволил Лондонской конференции провалиться и тем самым усугубил мировой экономический кризис? Об этом он сам рассказал американцам в октябре того же года:

- Я намерен учредить в Соединенных Штатах государственный золотой рынок. Для этого, пользуясь полномочиями, ясно прописанными в действующем законе, я поручаю Корпорации финансирования реконструкции покупать золото, добытое в Соединенных Штатах, по ценам, устанавливаемым при участии министра финансов и президента. Когда это будет необходимо, мы будем также покупать или продавать золото на мировом рынке.

Это был первый шаг к отказу США от золотого стандарта, что привело к девальвации доллара, а за ним и европейских валют. Для Европы, пишет Эмити Шлесс, позиция Рузвельта была равнозначна призыву “Спасайся, кто может!”. Результатом стало разобщение демократических стран в тот самый момент, когда требовалась сплоченность.

А вот что говорил о причинах провала конференции 1933 года британский премьер-министр Гордон Браун уже в этом, 2009-м году, на встрече в Совете по международным отношениям:

- В 1933 году в Лондоне проходила мировая экономическая конференция. Предполагалось, что эта конференция сплотит страны, предотвратит протекционизм, и правительства будут решать проблемы сообща. Конференция провалилась. В результате протекционизм в 1930-е годы расцвел пышным цветом, и возникли многие другие проблемы, проистекающие из этой неудачи. Черчилль после провала конференции сказал: политики оказались решительны в своей нерешительности, тверды в своем безволии, устойчивы в своей податливости и всемогущи в своем бессилии. Он также сказал, что политики обычно действуют правильно после того, как попробовали все остальное. Мы в процессе трансформации, перехода к лучшей экономике. Я уверен, что мы на пути к более надежному будущему, я верю, что оно возможно. Но давайте убедимся, что мы работаем вместе – Британия и Америка, Америка и Европа, и остальной мир – решаем все эти проблемы сообща.

Гордон Браун говорил это в преддверии Лондонской конференции "двадцатки". Его надежды на совместную работу оправдались далеко не в полной мере.

В книге Герберта Уэллса прямым следствием провала попыток объединиться ради совместного противодействия кризису становится война, кажется, впервые тогда, в 1933 году, названная Второй мировой – ведь Первая мировая не имела порядкового номера и называлась Великой. Уэллс предвидел даже, что непосредственным предлогом к нападению Германии на Польшу станет польский коридор. Правда, он ошибся в дате начала войны - в книге она начинается в 1940 году, и в оценке ее продолжительности – Уэллс считал, что она продлится 20 лет и закончится не миром, а перемирием вследствие полного истощения воюющих держав. Активную фазу боевых действий в книге сменяет период распада государств; вместо правительств над деградировавшим человечеством властвуют полевые командиры; Европу терзает эпидемия страшной инфекционной болезни. В конечном счете, к власти приходит мировое правительство, горячим сторонником и пропагандистом которого был Уэллс.

Впоследствии Уэллс написал на основе книги сценарий игрового фильма под тем же названием. Картину снял выдающийся кинорежиссер Александр Корда. Она вышла на экраны в 1936 году. В 1940-м, когда война уже началась, Уэллс приехал в Америку. В студии радиостанции в Сан-Антонио, штат Техас, состоялась его встреча с режиссером Орсоном Уэллсом, который прославился своей радиоверсией “Войны миров”. В диалоге двух Уэллсов зашла речь и о книге "Облик грядущего". "Вы в Америке пока не слишком серьезны, - говорил Герберт Уэллс. - Война еще не подошла к вашему порогу, поэтому вы можете по-прежнему забавляться с идеей тирании. Это естественно до тех пор, пока вы не вступили с ней в прямую схватку".

Вполне вероятно, что Уэллс имеет в виду фильм Чарли Чаплина "Великий диктатор", который как раз тогда вышел на экраны. Уэллс был на премьере картины в Нью-Йорке. Беседу продолжает ведущий ток-шоу:

- Некоторые сочинения Герберта Уэллса считались фантастикой всего несколько лет назад. Именно так воспринималась книга "Облик грядущего", повествующая о будущей войне. Господин Орсон Уэллс, так ли уж фантастична эта книга на фоне нынешних событий?

- Она определенно не так уж фантастична. Пророчество господина Уэллса состоит в том, что человечество повергнет себя в новый феодализм, но затем снова обретет смысл существования. В своей сегодняшней лекции господин Уэллс сказал интереснейшую вещь. Он сказал, что спрашивал себя, почему человечество должно возродиться из хаоса, как Феникс, и что он не нашел ответа на этот вопрос, однако для художника это не повод отказываться от мрачных предчувствий. Надо быть реалистом и не гнать от себя мрачные видения.

Судьба дала Герберту Уэллсу возможность убедиться в том, что его пророчество было слишком мрачным – он дожил до конца войны и умер в августе 1946 года. Его тело кремировали, а пепел развеяли с самолета. Такова была его последняя воля. Но еще до того, как он принял это решение, он придумал эпитафию на свою могилу: "Будьте вы все прокляты, я вас предупреждал!"

Сюжет из программы "Поверх барьеров - Американский час" с Александром Генисом.