Вторичная гипотеза
Данная заметка не предназначена для широкого обсуждения. Если Вы не являетесь специалистом с законченным высшим или средним медицинским образованием (для особо одарённых: законченное медицинское образование предполагает возраст от 18 лет для среднего или 21 года для высшего), лучше не переходите по ссылке на страницу с полным текстом заметки.
Если же Вы, всё же, перешли по ней, Вы сделали это на свой страх и риск, которые не имеют под собой никаких объективных оснований. В этом случае, лучше покиньте эту страницу немедленно. Републикация (копипаст) заметки целиком либо любой её части, а равно простановка вешней прямой ссылки на неё возможна лишь на профессиональных ресурсах, и только с моего согласия.
Вопрос, мучавший человечество на всём протяжении его развития: зачем нужна девственная плева?
Действительно, зачем? Знать мы не можем, можем лишь предполагать. Кое-какие предположения (либо безусловно, либо скорее всего) верны, но они отвечают на другие вопросы – что такое гимен, как именно он устроен, что с ним происходит в течение жизни и при различных обстоятельствах, каким он бывает, у кого и тому подобные, но не на вопрос о его предназначении. С учётом его почти исключительной принадлежности человеческому виду его предназначение всё чаще связывают с эволюционным развитием человека – физическим, интеллектуальным и духовным.
Конечно, прямохождение, длительное вынашивание и рождение плода с крупной головой, долгое детство, венерические болезни, развитие интеллекта, формирование нравственности и другие чисто человеческие особенности в какой-то мере объясняют отдельные аспекты проблемы, но ни одна из них не отвечает на вопрос о предназначении девственной плевы полностью.
В поисках ответа на этот вопрос в той или иной степени ломали голову все. Не избежал этого и отечественный учёный Илья Ильич Мечников. В своих замечательных «Этюдах о природе человека» (в этой работе очень и очень много познавательного и поучительного; настоятельно рекомендую) он подробнейшим образом рассмотрел проблематику назначения гимена (наряду с другими, безусловно важными и интересными вопросами):
«Роль девственной плевы иногда огромна в семейных и социальных отношениях. Ей придают большое значение с точки зрения нравственности, так как принято считать ее отличительным признаком девственности. Врач на судебном следствии делает тщательный осмотр гимена, когда дело касается попыток изнасилования или других отношений между мужчиной и женщиной. Множество людей обоих полов поплатились жизнью за прободение девственной плевы. Но в рассматриваемом нами вопросе речь идет прежде всего о физиологической роли девственной плевы. Нетрудно убедиться в том, что она не выполняет никакого отправления у человека. Атрофия гимена после прободения его нисколько не мешает половым сношениям. Наоборот, целость этого органа часто является неудобным и неприятным препятствием. Поэтому у многих народов стараются как можно ранее избавить от него девочек» (далее следуют многочисленные примеры культур, в которых девственная плева уничтожается в раннем детстве либо матерями, либо специальными культовыми служителями) «Правда, что у многих народов, между которыми на первом месте стоят христиане и мусульмане, присутствие ненарушенного гимена играет очень важную, но так сказать посредствующую роль. Евреи стали впервые придавать особенное значение девственности. По Моисееву закону, если во время бракосочетания девушка окажется не девственной, то "да выведут ее (старейшины города) из дома отца ее и да забросают ее горожане камнями и да погибнет она, потому что совершила прелюбодеяние в доме отца своего". У многих христианских народов требуют наглядного доказательства девственности выходящей замуж девушки и для этого выставляют белье, запачканное кровью гимена» … «Несмотря на свою бесполезность для современного человечества, существование девственной плевы тем не менее, очевидно, имеет свою причину. Как было упомянуто выше, наука еще не решила этой задачи. Поэтому для разъяснения ее приходится прибегать к гипотезам. Вот что считаем мы наиболее правдоподобным: в первые времена своего существования люди должны были вступать в половые сношения очень рано, в таком периоде, когда мужской половой орган не был еще окончательно развит. При таких условиях гимен не является препятствием для наслаждения половым чувством. Постепенно растягиваемый, но не разорванный, он, в конце концов, не представлял уже препятствия и для зрелого полового органа. Мы предполагаем, следовательно, что в отдаленные времена гимен не грубо разрывался, а постепенно растягивался и что его разрыв имеет позднейшее и вторичное происхождение. В подтверждение этой гипотезы мы можем привести тот факт, что даже в настоящее время половые сношения устанавливаются очень рано у некоторых диких или мало развитых народов».
Таким образом, не исключено, что девственная плева способствует приспособлению анатомических размеров члена и влагалища в различные возрастные периоды, начиная с детства, когда половой член мальчика еще недостаточно развит, чтобы заполнить влагалище и успешно провести сношение. Девственная плева служит как бы природным эрекционным кольцом, которое по мере развития полового члена партнера растягивается и, в этом случае, никогда не препятствует осуществлению сексуального контакта, а, напротив, способствует ему.
Здесь следует, вслед за Ильёй Ильичом, особо отметить прямую связь значения девственной плевы с уровнем культурного развития общества. Подобное описанному выше значение возможно исключительно в слаборазвитых культурах, где ранние половые связи являются нормой. Дальнейшее развитие цивилизации потребовало от человечества нарастающей отсрочки начала половой жизни, что привело к нашему времени к значительной экономически и культурно обусловленной диспропорциональности в появлении и становлении полового влечения (особенно в его сублимированных вариантах), возникновении и укреплении половой способности и общественно одобряемой возрастной планке начала половой жизни (сексуальной легитимности) в процессе индивидуального развития.
Сексуальные игры молодых особей многих видов животных под патронажем взрослых особей являются лишь разновидностью полезных для будущего самостоятельного выживания игр, своеобразной тренировкой полового аппарата и полового поведения. Также и в культурах, стоящих на низких ступенях развития, ближе к природе, сексуальные отношения детей даже поощряются взрослыми. Надо полагать, что на ранних этапах развития человечества, до возникновения тотема и табу, многие современные половые девиации были не просто общепринятыми формами полового поведения, но служили видовому и родовому выживанию.
В период подготовки статьи «Педальное кастратомыслие на службе государственного политического троллинга», что было связано с «перелопачиванием» огромного количества тематических веб-страниц, моё внимание привлекли возрастные особенности различных подкатегорий «педофилов». «Маньяки» встречались всех возрастов. «Насильники» (имеются в виду «грубые» насильники и насильники-убийцы) – преимущественно, были молодыми, часто даже подростками в позднем пубертате. А «баловники-растлители» (чьи действия сейчас принято обозначать как «иные действия сексуального характера) и «мягкие насильники» (добивавшиеся, таки, полноценного сексуального контакта с малолетними, но без применения грубой физической силы), как правило, это мужчины, переходящие из зрелости в пожилой возраст, то есть, за 45, чаще даже за 50 лет. Как говорится, седина в бороду – бес в ребро.
С чем связано появление болезненной тяги к детям именно в пред-пожилом возрасте, когда половая функция угасает всё более стремительно?
Высказывались различные предположения на этот счёт. Одно из здравых предположений, также принадлежащее И.И. Мечникову, заключается в том, что в период угасания (аналогично культурно-обусловленной диспропорциональности в период индивидуального развития) половая способность снижается быстрее половой потребности. То есть, в период поздней зрелости существует некоторый дисбаланс между потенцией и желанием, что сопровождается крайне травматичными для мужской психики переживаниями по поводу повторяющихся неудачных попыток удовлетворения зрелой женщины. Паническое бегство от таких весьма драматических переживаний и загоняет стареющего мужчину в педофилию через фиксацию потенциальных сексуальных объектов в душе дряхлеющего мужчины в более юный, а значит, доверчивый и отзывчивый возраст. Какая-то часть мужчин с явно выраженным дисбалансом половой функции и сексуальной потребности, не обладавшая изначально или не сохранившая достаточный умственный и нравственный потенциал, с этим не справляется, и становится жертвой собственной несдержанности, неся страдания себе и окружающим.
И пришло мне в голову (может, и не первому, да я за первенством и не гоняюсь), что, за явными психическими механизмами развития «закатной» педофилии вполне могут скрываться биологические причины, уходящие корнями в древние до-культурные времена, когда девственная плева могла служить естественным эрекционным кольцом не только для детского несформированного, но и для старческого дряблого полового члена.
В этом случае, можно говорить о «закатной» педофилии как о сексуальном атавизме, который, и это ключевой момент, не может быть реализован без глубочайшей индивидуальной культурной отсталости или регресса.
Степень сексуального атавизма в форме педофилии может быть различной. Соответственно, и справляться с ней разным стареющим мужчинам обходится различных душевных сил. Однако безнравственность стареющих сластолюбцев вследствие изначальной интеллектуально-духовной инфантильности и/или деградации до уровня самца первобытного пре-человеческого стада есть непременное условие клинических проявлений педофилии.
И здесь мы соприкасаемся с проблемой взаимной обусловленности культурного развития и сохранения индивидуального культурного уровня и культуры общества в целом. Общество может способствовать либо препятствовать росту индивидуальной культуры и его поддержанию на высоком уровне на протяжении всей жизни, как и индивид оказывает негативное либо позитивное влияние на общий культурный уровень популяции.
Повальная вовлечённость общества в педофилию и преднамеренно раздуваемую заинтересованными людьми педоистерию, в культивацию раннего начала половой жизни в развратных формах и в разнообразный, но всегда жестокий бизнес на детях, от частной детской порнографии и проституции до международной обезличенной карательной машины по массовому превращению детей в товар самого широкого употребления свидетельствует о регрессе глубинного каркаса культуры и индивида, и общества в степени, несовместимой с жизнью европейской цивилизации, вне зависимости от её технических, информационных, экономических, организационных и даже гуманитарных достижений.
Источник:
