В искусстве заменимых нет

Вот денек выпал сегодня, а? Это же надо, чтобы в один день, 25 июля, в разные, правда, годы закончили свой земной путь: Исаак Дунаевский и Микаэл Таривердиев, Леонид Енгибаров и Владимир Высоцкий, Борис Новиков, Лидия Смирнова и Михаил Пуговкин... Так что сегодня - день памяти стольких выдающихся людей.

А что это, собственно говоря, значит: "вспомнить ушедшего человека"? Не просто ведь - остановить вечно суетливое движение по жизни, чтобы помянуть... Вспоминая ушедших, мы задумываемся о самих себе и о том, как тяжело будет нам рядом с пустым местом, которое осталось после ухода человека. А когда уходят ТАКИЕ люди, они всегда уносят с собой что-то, чему замены не найти.

Понятно, скажем, что найти замену Владимиру Высоцкому невозможно: гении часто не рождаются. Но для меня вопрос в другом: если бы (метафорически говоря) Высоцкий появился сегодня, - он стал бы востребован? Ответ очевиден: сегодня востребован Стас Михайлов. Как говорится: почувствуйте разницу.

Ни в коей мере я их не сравниваю, более того: к Стасу Михайлову, человеку, который безо всякой раскрутки стал самым популярным певцом в стране, - отношусь с огромным уважением. Но вспоминая сегодня Владимира Семеновича, не лишне задуматься над тем, как изменились наши зрительские пристрастия.

Не так давно я был в цирке на Цветном бульваре и в который уж раз убедился, что российский цирк бессмертен. Благодаря Максиму Никулину цирк на Цветном - это, говоря шаблонно, всегда высочайший уровень мастерства. Дрессировщики, жонглеры, акробаты, эквилибристы... Короче, все цирковые профессии в наличии. Нет только подлинных клоунов. Такое ощущение, что эта профессия исчезает.

Леонид Енгибаров, ушедший от нас в этот день почти сорок лет назад, был не просто великим клоуном, но клоуном-философом. Он заставлял нас не только смеяться, но и задумываться о самих себе. Он был Чарли Чаплином цирка - маленьким человеком с большой душой.

Исчезли мастера уровня Енгибарова, Никулина, Шуйдина, Румянцева, Попова... Сегодня не востребован ни ироничный клоун, ни, тем более, клоун-философ. Если мы смеемся от того, что по телевизору ругаются матом, понятно, что на арене мы ждем клоуна-хохотуна. В телевизоре мы смотрим на телепридурков, в цирке нам подавай циркового придурка. Традиция высокого шутовства, восходящая аж к трагедиям Шекспира и к русским шутам, - сегодня исчезла за ненадобностью. Сегодня более всего востребован смех от щекотки.

Артисты, которых мы вспоминаем в этот день - Борис Новиков, Лидия Смирнова, Михаил Пуговкин, - подарили нам, зрителям, немало радости, они блестяще умели играть комические роли.

Нынче много снимается комедий. И артисты в этих картинах изо всех сил стараются быть забавными и сделать так, чтобы мы хохотали. Многие хохочут. Сам видел. Современный артист комического жанра должен уметь зрителя щекотать.

А те, кого мы вспоминаем, не комиковали никогда. Они существовали на экране вполне себе всерьез. Жили, как бы говоря своим зрителям: "Вот есть такой человек - мой герой, который не понимает, что он - смешной. Живет себе, как живет. А если вам, зрителям, от этой его жизни смешно, - это ваше, зрительское дело".

Раньше находили в жизни, в людях какой-то смешной смысл. Сегодня смешат щекоткой. Те немногие, кто пытается смешить, находя в жизни забавные смыслы, постепенно отходят на второй план. Нынче рассмешить - чаще всего означает: сказать (показать, продемонстрировать) пошлость, а в пошлости, как известно, смысла нет.

В наше время вообще с большим трудом пробивается к зрителю-читателю любое произведение, которое заставляет сопереживать и думать. Наверное, мы живем в очень усталом обществе, если у людей нет сил сопереживать даже комедии, а уж о более серьезных жанрах я не говорю.

Я заметил странную особенность сегодняшнего дня: само слово "смысл" часто ассоциируется у людей с чем-то скучным. Мы вообще панически боимся, что нас будут чем-то грузить, часто не понимая: если тебя ничем не нагрузили, ты ходишь пустой.

Ни в коем случае не хочу сказать, что раньше было хорошо, а нынче стало плохо. Нет, конечно. Просто раньше было так, а сегодня стало сяк. Я сам терпеть не могу людей, утверждающих, что раньше, мол, трава была зеленей. Однако очень хочется понять: почему сегодня стало "сяк"? Почему сегодня нет комедийных артистов, равных по глубине и обаянию Новикову, Пуговкину, Смирновой?

Этих артистов зрители невероятно уважали. Они были подлинными звездами, а звезды, как известно, - находятся от нас далеко, до них нельзя дотронуться. Сейчас звезды стали как никогда близки: любое событие из жизни популярного человека становится достоянием общественности. Но уважения к знаменитостям от этого не прибавляется: того, кого уважаешь, невозможно панибратски хлопнуть по плечу.

Мне кажется, что нынче есть очень мало деятелей культуры и искусства, которых зрители по-настоящему уважают. Это уважение сменилось желанием поглядеть в замочную скважину: как там у него всё? И снова повторюсь: это не плохо, это так. Какое время - такие и кумиры, такое и отношение к кумирам.

Сегодняшняя жизнь заставляет нас всех жить по принципу "каждый за себя", и поэтому мы вообще плохо объединяемся даже вокруг кумира. Тот же Михаил Пуговкин был всеобщим любимцем. Абсолютным кумиром. Как и Лидия Смирнова. Я уж не говорю о Высоцком.

И вот я задумался: а сегодня кумиры есть? Актеры, певцы, к которым бы все относились с абсолютным уважением, даже те, кому что-то в их творчестве не нравится? Не хочется говорить категорическое: "Нет", но прежде чем вспомнить таких людей, придется очень крепко задуматься. Мне трудно назвать такого деятеля культуры, который бы, скажем, выступил с экрана телевизора, и ему бы все поверили.

Хорошо ли, когда в стране звезды абсолютно близки, и оттого не таинственны? Хорошо ли, когда в стране почти нет всеобщих кумиров? Не знаю. Мне лично кажется, что это не очень хорошо: что-то должно объединять людей, пусть даже любовь к эстрадному певцу или актеру.

Мы живем в какое-то странное время, когда все надо делать быстро, не задумываясь. Когда умный человек называется "ботаником", а веселый придурок - "клевым парнем". Когда комедия, начинающаяся с голой задницы, собирает аншлаги, а картина выдающегося российского режиссера Сергея Соловьева "Анна Каренина" не может по-настоящему выйти к зрителю, потому что ее никто не хочет прокатывать.

Вспоминая сегодня выдающихся деятелей отечественной культуры, не грех задуматься над тем, как сильно культура и искусство влияют на жизнь общества. Мы никак не хотим понять, что эстетические вкусы народа очень сильно влияют и на экономику, и на политику, и даже - страшно произнести - на итоги выборов. Искусство не живет само по себе - оно формирует людей, которые приходят (или не приходят) на избирательные участки.

Склоним головы перед памятью ушедших.

И, может быть, задумаемся над художественными пристрастиями тех, кто остался?

Андрей Максимов,
писатель, член академии российского телевидения