Стоп, снято! Как режиссер Бурлов стал главным оппозиционером в Бурятии прямо сейчас

Бурятия стремительно входит в длинную череду предвыборных кампаний — но легкой она для власти не будет. В республике появился новый лидер оппозиции — куда более опасный для чиновников и депутатов, чем все предыдущие.

28 декабря 2021 года власти Улан-Удэ уволили директора культурно-спортивного комплекса Юрия Сибирякова; 17 января 2022 года из здания полпредства правительства Бурятии в Москве выселили ресторан «Орда», принадлежащий семье строительного магната Вячеслава Байминова и «крышуемый» полпредом Игорем Зураевым. 



И громкая отставка, и скандальное «выселение» — дело рук одного человека, которого еще за месяц до выхода этого материала трудно было бы назвать лидером бурятской оппозиции и самым эффективным гражданским активистом республики. Сегодня же можно уверенно констатировать — Артем Бурлов им является.

Именно Бурлов отыскал в бюджетном учреждении для спортсменов и школьников сауну с проститутками и БДСМ-комнатой; он же выяснил, что зять Байминова практически забесплатно ведет бизнес в самом центре Москвы — спасибо связям тестя и щедрости полпреда Зураева в части расходования денег налогоплательщиков.

И вот министр Евгения Лудупова уже обещает ему личный телефонный звонок и обещает всяческое содействие — поскольку понимает, что следующей в послужном списке начинающего «бурятского Навального» может стать она сама. Неосторожность при попытке раздавить Бурлова уже стоила карьеры все тому же Сибирякову, который через свои телеграмм-каналы вбросил фейк о имеющейся у общественника справке из психдиспансера. Уже на следующий день тот пришел в КСК и обнародовал существование БДСМ-сауны.

Но кто вообще такой Артем Бурлов? Как это ни странно, но общественно-политическая деятельность — это вообще не то, чем он хотел заниматься. Бурлов вот уже много лет снимает кино. Как руководитель «Азии Филмс» и других компаний он исправно заваливает кинотеатры страны бурятским киноконтентом — так, в числе прочего, в его активе имеется пользующаяся популярностью комедийная серия «На Байкал!». Позже Бурлов создал в Бурятии Союз кинематографистов и долгое время его возглавлял.

Как и водится в таких историях, на баррикады его забросила сама власть. И у Бурлова, и у его бизнеса все шло нормально, пока в министерство культуры Бурятии не вломилась Соелма Дагаева. Не имеющая никакого отношения к культуре и власти бизнес-вумен быстро смекнула потенциал бюджетных субсидий, которые ведомство разыгрывает среди киноделов республики. Конкурсная составляющая при Дагаевой быстро стала фикцией, и деньги стали получить исключительно приближенные к министерше люди.

Бурлову это не понравилось — он пытался судиться с министерством, но не достигнув успеха, ушел сначала на ниву расследовательской журналистики, а затем и оппозиционного активизма. Раскрытие коррупционных схем в минкульте взбесило власть — в пику общественнику Дагаева даже породила уродливый клон Союза кинемографистов, который, впрочем, быстро сам стал оппозиционным — и от попытки работать с сообществом и реагировать от критики в минкульте отказались совсем.

Сначала он стал появляться на митингах, а потом прошел боевое крещение через побои от дуболомов полицейского министра Кудинова. Так власти республики, по сути, сами выдавили в оппозицию довольно системного и лояльного, далекого от политики человека, с которым могли бы успешно сотрудничать.

Вместо этого в год выборов главы Бурятии, за год до выборов депутатов Народного Хурала, за два года до выборов мэра Улан-Удэ и депутатов Горсовета, и за три — до выборов президента страны, Площадь Советов создала себе нового личного врага. И не понимает, что с ним теперь делать — на примере бедолаги Сибирякова стало понятно, что лепить образ фрика из Бурлова себе дороже. 

После этого его стали просто игнорировать, но министр Лудупова прервала это молчание республиканских властей, доказав неэффективность и этой тактики. Нужна новая, но ее просто нет. А времени до выборов становится все меньше — вскоре но «новому персонажу» вопросы будет задавать уже Кремль.

Артема Бурлова уже успели сравнить с другим бурятским общественным активистом — Дмитрием Баировым. Последний тоже успел попортить крови представителям республиканской власти, явил Бурятии невзрачное лицо политика Игоря Шутенкова и оставил много здоровья на баррикадах. Но если Баиров делал ставку на эмоциональный напор, опасно балансирующий на грани национализма, то Бурлов действует намного более тонко и вдумчиво. 

И потому он намного опаснее для всех, кто пытается спрятать свои тайны в зданиях, что позади гигантской головы Ильича.

Всегда, конечно, можно затоптать — силовой маховик времени уже настолько привычен региональным властям, что раскрутить его против какого-то оппозиционного режиссера ничего не стоит. 

Вот только как на месте Баирова вырос куда более серьезный критик власти в лице Бурлова, так и его жертва, если она состоится, приедет лишь к появлению новых голосов народа — это неизбежно. Так не лучше ли начать этому народному гласу отвечать, пока с вами в принципе еще пытаются говорить? У Артема Бурлова хватало смелости проверить это на собственной шкуре — и надо сказать, что эта смелость уже сделала для Бурятии больше, чем добрый десяток действующих республиканских зампредов и чиновников.