Стволовые клетки. Лечить или не лечить?
Эликсир молодости - так можно назвать лекарственные и косметические препараты, которые изготавливают на основе так называемых стволовых клеток. Особой ценностью обладают клетки, полученные из эмбриональных тканей, то есть из погибших зародышей. В этом-то и проблема. В Госдуме начали муссировать тему запрета на использование эмбрионов в медицинских целях.
Между тем в Иркутске при научном центре реконструктивно-восстановительной хирургии ведутся исследования стволовых клеток. И уже опробовано их воздействие на организм человека. Лаборатория научного центра реконструктивно-восстановительной хирургии в Иркутске. Здесь и получают те самые стволовые клетки. "Мы сейчас работаем с эмбриональной тканью. Есть также и другие способы получения стволовых клеток. Это берется из вены кровь, также костный мозг - берется пункция. И еще используется эмбриональная печень лабораторных животных", - говорит Варвара Щербакова, стажер-исследователь. Стволовые клетки - это своего рода "золотой запас" организма. Они способны находить поврежденные внутренние ткани и восстанавливать их. Профессор Алексей Рунович и еще ряд научных сотрудников иркутского института хирургии начали изучать стволовые клетки десять лет назад. Защитили диссертации. От теории перешли к практике. Сегодня к Алексею Руновичу приходят его пациенты, бодрые и улыбающиеся. А несколько лет назад они выглядели иначе. Заболевания просто валили с ног. У Николая Мешкова ишемическая болезнь сердца. У Николая Слащева рак предстательной железы. "У меня до этого был хронический панкреатит. И когда делали операцию, сказали: надеяться не на что. А когда еще и раковую опухоль обнаружили, хоть в петлю лезь, такое состояние было", - рассказывает Николай Слащев. Этим людям, по прогнозам врачей, оставалось жить максимум полтора года. На клеточную терапию согласились, не задумываясь. Выбора не было. "Я на операцию то согласился только для того, чтобы дочь вырастить, она в седьмом классе училась тогда. А сейчас и дальше жить можно. У меня внучка уже во втором классе", - говорит Николай Мешков. Между тем, у клеточной терапии немало противников. Некоторые депутаты Госдумы выступили с инициативой запретить использование эмбриональных тканей. Политики напомнили, что по закону ребенок еще в утробе матери становится субъектом права и нуждается в охране. Есть опасность развить на этом криминальный бизнес. Новый метод лечения может стать достаточно доходным делом. Уже сейчас в Москве стоимость операции по трансплантации клеток доходит до десяти тысяч долларов. "Борьба началась. И как это водится, лоббирование идет через Госдуму, чтобы запретить законным путем использование того или иного продукта", - сказал Сергей Колесников, депутат Госдумы. Так что делать со стволовыми клетками? По мнению депутата и врача Колесникова, необходим ряд законов, которые бы регулировали эту деятельность. Такое же мнение и у профессора Руновича. Он говорит, что ценный материал сейчас зачастую попросту выбрасывается, хотя на самом деле может помочь вылечить ряд тяжелых недугов, спасти не одну жизнь. А может быть, и продлить ее. "Сейчас в Москве наблюдается человек, которому в девятнадцать лет начали подсаживать стволовые клетки. Сейчас ему 34 года, а он по всем биохимическим показателям и анализам остается девятнадцатилетним человеком", - привел пример Алексей Рунович, заместитель директора по науке института хирургии научного центра реконструктивно-восстановительной хирургии.
