«Раевские мои»
Строчка из послания А.С. Пушкина декабристу В.Л. Давыдову послужила названием литературно-музыкальной композиции «Раевские мои…». Ее премьера состоялась 6 июня на традиционном вечере, посвященном 208-летию поэта, в Иркутском областном историко-мемориальном музее декабристов.
Автор и исполнитель – артист Александр Чернышев. Он и прежде готовил литературно-музыкальные композиции для концертного репертуара музея. В частности, посвященные Александре Муравьевой, урожденной графине Чернышевой, одной из первых разделившей тяготы сибирской ссылки со своим мужем Никитой Муравьевым.
Особым гостем вечера была певица Галина Томас (сопрано), в прошлом иркутянка, в настоящее время проживающая на своей исторической родине, в Германии. Со студенческих лет она была постоянной участницей концертных программ музея и теперь, навещая Иркутск, всегда откликается на его приглашения. Также в сопровождении знаменитого рояля княгини Волконской (концертмейстер Юрий Исаев) звучали романсы на стихи Пушкина в исполнении артиста Иркутской филармонии Александра Фадеева (тенор) и неизменного хозяина творческих вечеров, директора музея Евгения Ячменева (баритон).
Литературно-музыкальная программа «Раевские мои…» приоткрывает завесу тайны, окутывающей взаимоотношения Александра Пушкина с его ближайшим окружением. На жизнь и творчество поэта семейство Раевских оказало огромное влияние. Их образы, начиная с главы семьи, героя Отечественной войны 1812 года генерала Николая Николаевича Раевского и заканчивая его детьми – двумя сыновьями и четырьмя красавицами-дочерьми, зашифрованы в самых популярных произведениях. К примеру, острый язвительный ум скептика Александра Раевского нашел отражение в стихотворениях «Демон» и «Ангел». Николай Раевский-младший, который уже в 13 лет стал подпоручиком и ветераном Отечественной войны и был одним из самых близких друзей поэта, угадывается в посвящении к поэме «Кавказский пленник». Прототипом Марины Мнишек из поэмы «Борис Годунов» была старшая дочь Екатерина, в супружестве Орлова.
Тени других девиц Раевских мелькают то тут, то там по всей ранней лирике Пушкина. Но одной из них удалось занять в его сердце и творчестве особое место. Это княгиня Мария Волконская, урожденная Раевская. Историю этих отношений современные писатели особенно «смакуют», хотя в них было больше возвышенной симпатии, чем страсти.
Если бы в далеком 1820 году, когда 15-летняя Мария Раевская познакомилась с Александром Пушкиным и бесконечно счастливая бежала к впервые увиденному южному морю, кто-нибудь предсказал, какая участь ее ожидает, его сочли бы безумцем. Но несмотря на тяжкие испытания, выпавшие на долю дочери генерала, об этом солнечном миге всем последующим поколениям будут напоминать строки:
Я помню море пред грозою;
Как я завидовал волнам,
Бегущим бурной чередою
С любовью пасть к ее ногам!
Как я желал тогда с волнами
Коснуться милых ног устами!
