Альпинизм – это не песни под гитару, а тяжелый труд...
Живая легенда российского альпинизма, мастер спорта Дмитрий Павленко на прошлой неделе приехал в Иркутск. В свои сорок лет он уже дважды становился обладателем престижнейшего в альпинистском мире приза «Золотой ледоруб».
Восемь лет он работает гидом с альпинистами различных уровней подготовки. Нынешней весной этот труженик высоты приехал поделиться своим богатым опытом с альпинистами Восточной Сибири: в течение полутора месяцев здесь будут проходить сборы под его руководством.
– Вы один из немногих инструкторов, которые работают круглый год, у вас очень плотный рабочий график. Что вас привело в Иркутск?
– В Киргизии я работаю и как инструктор, и как гид. В одной из групп оказались ребята из Усть-Илимска. Мы сходили с ними в горы, им, видимо, понравилось, как я там их гонял и мучил (Смеется). Инициатива организовать в Иркутске сборы, которыми бы руководил опытный инструктор, исходила от них. Существует определенная проблема в подготовке начинающих альпинистов. Школа под руководством мастера – лучший вариант обучения, ведь он учит в процессе восхождения, на маршруте любой сложности. Именно мастер может сделать путь к вершинам мастерства гораздо более эффективным. Я, например, когда советская школа альпинизма, опекаемая ВЦСПС, практически развалилась вместе с Союзом, тоже ездил на коммерческие сборы. Ими руководил Сергей Борисов из Свердловска, очень сильный альпинист. Я ездил туда, чтобы почерпнуть какие-то знания, к которым, может быть, я бы и пришел самостоятельно, но только лет через десять, методом проб и ошибок.
– В ваших сборах может принять участие любой человек или они предназначены для более или менее профессиональных альпинистов?
– Мои сборы открыты для всех желающих. Но, конечно, я компоную отделение в зависимости от уровня подготовки каждого. К тому же, я всегда стараюсь как можно точнее определить уровень участника, найти к нему индивидуальный подход.
– Наверное, у вас есть какая-то особая методика по тренировке группы, какие-то психологические тренинги?..
– На самом деле я работаю по программе подготовки, которая была разработана еще в советские времена. Просто я стараюсь адаптировать ее к современным требованиям. У этой системы был простой принцип – «приказал – сделал», все было очень четко и понятно. Сейчас многие считают, что для занятий альпинизмом достаточно только желания и средств. Хотя обезопасить себя на сто процентов в горах невозможно, я стремлюсь дать каждому человеку за достаточно короткий промежуток времени как можно больше знаний и умений, которые ему позволят при восхождении чувствовать себя уверенно…
– В какой момент вы почувствовали тягу к альпинизму? Что стало «отправной точкой»?
– В 1981 году, будучи еще ребенком, я посмотрел французский фильм «Смерть проводника». Уже тогда я твердо решил, что стану альпинистом. Мы с родителями жили в Норильске, там рядом горы… Естественно, я ходил с родителями в горы на лыжах, но об альпинизме пока только мечтал, ждал с нетерпением, когда подрасту. Потом мы переехали в Сургут. Гор там не было, но зато была секция под руководством настоящего мастера, очень увлеченного человека, Сергея Безверхова. По возрасту я не подошел, так что мне пришлось еще год ерундой помаяться. Записался на бокс зачем-то… И как только мне стукнуло шестнадцать, немедленно пошел в эту секцию. Мне повезло, что я сразу попал к настоящему мастеру. У него были очень высокие требования, и со своими учениками он был весьма суров. Я был хорошо подготовленным в физическом плане, потому что серьезно занимался хоккеем, на лыжах неплохо бегал. Но даже для меня эти тренировки были изнурительными. Уже тогда я понял, что альпинизм это не песни под гитару на скалах – это прежде всего тяжелейший труд. Нужно очень долго тренироваться, чтобы совершать восхождения себе в удовольствие.
– Наверное, любовь к горам сыграла роль и при выборе института?
– Конечно! Я уже подал документы в Московскую экономическую академию им. Плеханова… Но однажды наша секция поехала на скалы под Свердловском. И во время автобусной экскурсии по городу мы остановились напротив Уральского политехнического института. Пока нам про него рассказывали, я вспомнил, что в моей любимой книжке «Эверест-82» я читал, что Ефимов (один из первовосходителей) – сотрудник этого института. Тогда я подумал: значит, здесь должна быть хорошая секция альпинизма. Зачем мне тогда, спрашивается, Москва? Я немедленно забрал документы из Плехановки и поступил в УПИ.
– Интересно, как относится ваша семья к такому не самому безопасному увлечению, ставшему профессией?
– Семья у меня, естественно, альпинистская. Жена – альпинистка хорошего уровня. Теща и тесть – альпинисты очень высокого уровня. Так что в этом смысле в нашей семье полное взаимопонимание. Но мне, как человеку семейному, конечно, приходится чувствовать свою ответственность: если ты позволил себе оказаться в одной связке с человеком, ты за него отвечаешь. Поэтому я стараюсь лишний раз не рисковать, как это бывало раньше. Триста раз подумаю, прежде чем подвергать себя ненужной опасности. Это аксиома: хочешь быть «безбашенным экстремалом» – живи один, семья – это не для тебя.
– Каковы ваши впечатления от встреч с иркутскими альпинистами?
– Вчера мы встречались с местным альпинистским активом. Ребята мне очень понравились. Мыслят весьма конструктивно и здраво. Они действительно хотят заниматься настоящим делом, и, я подозреваю, через месяц-полтора они будут готовы поставить на твердую платформу занятия с новичками. Я вижу, что у вас есть очень хорошее инициативное ядро, которое хочет поднять альпинизм в Иркутске на должный уровень. Самое главное, у них есть огромное желание этим заниматься.
– Есть у вас какой-то совет – для тех, кто чувствует тягу к альпинизму, но не знает, с чего начать?
– В Иркутске начать заниматься довольно легко. Иркутск – город студенческий, а альпинизм был всегда студенческим видом спорта, в нем физической подготовки недостаточно, надо очень много думать головой. Начать можно с любой туристической секции, потому что прийти в альпинизм с туристической подготовкой – это всегда только плюс.
– Если говорить о России в целом, можно ли назвать нашу страну «альпинистской державой»?
– Россия в этом смысле обладает огромными возможностями. С ростом уровня жизни альпинизм – очень дорогой вид спорта – становится все более популярным и доступным. И сейчас очень важно не упустить момент. Потому что эта доступность вызвала массовый приток альпинистской самодеятельности. Но нельзя забывать, что горы – это стихия. Идти в горы без специальной подготовки – это все равно что пытаться пересечь океан на резиновой лодке. Поэтому именно сейчас, когда альпинизм набирает обороты популярности, очень важно, чтобы существовала высокопрофессиональная школа. Не нужны будут никакие дополнительные запреты – это не выход из ситуации: горы не обнесешь колючей проволокой. Гораздо проще и важнее дать человеку знания, с помощью которых он сможет чувствовать себя в горах в безопасности.
– Чем вы планируете заняться после иркутских сборов?
– Нынешний сезон у меня расписан до середины октября. Дома я появляюсь лишь изредка, на несколько дней. Лежу два дня перед телевизором... Потом сразу готовлюсь к новым группам. Я стараюсь не терять понапрасну время. Пока у меня есть возможность профессионально заниматься альпинизмом, пока я еще молод и уже обладаю достаточным опытом, я хочу попытаться создать костяк для формирования собственной альпинистской школы. Хочу собрать людей, которым за два-три года я передам максимум своего опыта, чтобы они потом смогли заниматься этим сами и учить других. В России опытные альпинисты редко идут в инструкторы. Хорошие спортсмены предпочитают ходить в горы, пока силы не иссякнут. Потом они, если и занимаются учебной работой, то мало чего хотят, предпочитают серьезному альпинизму пивко и песни под гитару у костра. Поэтому года на два я решил оставить собственные спортивные планы.
– Среди ныне живущих альпинистов есть те, на кого вам хотелось бы равняться в профессиональном смысле?
– Конечно, есть. Среди наших альпинистов это Валера Бабанов. Ему я завидую белой завистью. Я считаю, что это единственный российский альпинист, на которого стоит равняться. Он делает отличные восхождения, у него свой оригинальный стиль. Но я все-таки стараюсь не творить кумиров, а изучать чужой опыт и заимствовать то, что я могу применить в своей инструкторской практике.
