Несчастливая судьба дома Дубровского
Мы живем в городе уникальной деревянной архитектуры, славной своей историей. Но знаем ли мы памятники «в лицо» и можем ли что-то рассказать о них? В этой рубрике мы представляем самые интересные примеры деревянного зодчества Иркутска.
«Травой поросло» – говорят, имея в виду глубокое забвенье. На крыше дома N 31 по улице Карла Либкнехта в Иркутске тоже растет бурьян. Покосившийся долгожитель простоял здесь более двух веков. Памятник архитектуры федерального значения имеет звучное название «дом Дубровского», навевающее литературные ассоциации. Однако о бывших жильцах особняка ничего не известно – страшный пожар 1879 года уничтожил архив городской управы. Сегодня дом никому не нужен, хоть и обнесен забором для сохранности.
Все плохое, что часто происходит с памятниками деревянного зодчества, – пожар, разбор на дрова – дом Дубровского пережил. Не вызывает особого удивления и тот факт, что при своем плачевном состоянии он имеет собственника. Причем это отнюдь не «несколько неизвестных бывших жильцов, которые, не подумав, его приватизировали», а единоличный владелец. Вначале он приобрел здесь квартиру, а потом постепенно приватизировал весь дом и земельный участок. Согласно букве закона, став владельцем памятника федерального значения, собственник подписал охранные обязательства. Но в течение трех лет они не выполнялись.
– В службу по охране объектов культурного наследия Иркутской области были поданы документы на согласование переноса этого памятника на другую территорию и строительства на его месте стоянки и административного здания, – рассказал заместитель руководителя Восточно-Сибирского управления Росохранкультуры Сергей Костылов. – После того как согласование не было подписано, владелец дома принял решение передать его юридическому лицу.
Если процедура передачи права собственности состоится, то памятнику, скорее всего, грозит уничтожение. Ведь за три года владелец так и не провел предварительную консервацию особняка – крышу просто закрыли баннером. Между тем мусор, скопившийся на кровле и стенах, является одной из причин гниения дерева. В случае передачи прав собственности другому лицу нынешний владелец, по словам Сергея Костылова, автоматически освобождается от всякой ответственности, а новый – имеет право потребовать отсрочку на проведение каких-либо мероприятий по сохранению дома. Вот только памятник больше ждать не может.
– В Прибалтике есть закон, который гласит, что даже если памятник снесло штормом, на его месте должен быть построен точно такой же. У нас же владелец фактически не отвечает за состояние объекта наследия, – считает Сергей Костылов.
Чем же ценен дом Дубровского? Его декор выдержан в классическом духе, с элементами иркутского барокко. Одноэтажный особняк с подклетом, под двускатной кровлей, с резными наличниками, коваными ручками и слуховыми оконцами построен по так называемому образцовому проекту. Напомним, в конце XVIII века губернские и уездные города в целях «упорядочения застройки» получали образцовые проекты жилых и общественных зданий, разработанные столичными архитекторами.
Так сложилось, что зданиям, выстроенным «по образцу», в Иркутске изначально не везло. Мало того что проект не получил достаточно массового распространения, многие из домов еще и уничтожил пожар. Сохранившиеся в столице Приангарья такие объекты сегодня можно пересчитать по пальцам одной руки.
