В Иркутске поставили "Моцарта и Сальери"
Каждый раз, когда кто-нибудь вновь возвращается к вопросу, что же, в конце концов, произошло между Моцартом и Сальери, что-то обязательно должно случиться. Тему взаимоотношений двух великих композиторов иркутский Театр пилигримов взял для своего нового спектакля "Что есть истина..."
Действие происходило на сцене театра юного зрителя. Причем постановку спектакля, пространственное решение и роль Сальери взял на себя бывший иркутянин, ныне живущий и играющий в Париже, заслуженный артист России Олег Мокшанов. Главный пилигрим Иркутска Владимир Соколов оставил себе только музыкальное оформление.
Вообще, постановку трудно назвать спектаклем. Сами авторы классифицировали ее как "театрально-музыкальный проект". Движения на сцене практически нет. Сальери - солидный подтянутый мужчина с красивым, светским и немного усталым лицом, Моцарт, придурковатый парень в длинном - до пят - крестьянском платье, с нечесаными вихрами. Они почти не двигаются: стоят в разных углах, лишь иногда - в кульминационные моменты - сходясь в центре. Действие начинается только тогда, когда Сальери, отчаявшийся, уходит в раздумья (тогда на сцене появляются чопорные дамы и кавалеры в масках: видимо, герои произведений Сальери). Или когда Моцарт в творческом экстазе: тогда отовсюду на сцену выскакивают простоватые ребята - парни и девушки в народных костюмах. Это и есть, по замыслу режиссера, мироощущение Моцарта: великий композитор черпает свое вдохновение из народа, народного фольклора. Кстати, даже "Реквием", сочинение, рассчитанное на церковное исполнение, воспроизводится "пилигримами" с помощью глиняных свистулек и скоморошьих дудок.
Таким образом, конфликт, возникший между двумя композиторами, развивается на сцене до противостояния классического и народного театра, высокого искусства и фольклорных традиций. "Что есть истина..." - риторический вопрос, вынесенный в заглавие постановки. Ответа нет. Никто не знает, что такое истина. Поэтому и состояние героев тяжелое, несмотря на показную лакированную улыбку Сальери и постоянный беспричинный смешок Моцарта.
Задник на сцене - экран, на котором с помощью диапроектора возникают огромные пейзажные картины. Это или взятые крупным планом камни прибрежной гальки, или пустынные дюны, или фиолетовые облака, рваные и сумбурные, или рассвет над океанической гладью, заливший надводное пространство ярким алым светом. Картины сменяют друг друга. Свет проектора направлен так, что тени актеров в его лучах появляются спиной к зрителям. Действие одновременно происходит сразу на двух уровнях: мире людей и теней. И странно, если из мира живых уходит Моцарт, то и из мира теней уходит Моцарт-тень. Моцарт живой уходит в мир теней, а Моцарт-тень, получается, попадает в наш мир. Может, это и есть Сальери? Словом, пилигримы, задавшись вопросом о взаимоотношениях Моцарта и Сальери, не смогли, да, видимо, и не хотели решить его. Зато горстями накидали новых.
