Кузнец сродни скульптору: если ему не понравится своя работа, разобьет ее на мелкие кусочки

Хороший кузнец под стать ювелиру: и деньги хорошие заколачивает, и почетом у людей пользуется. Но настоящих кузнецов в Иркутске давно уже не готовят, сами рождаются. Так считает Владимир Батурин, кузнец с тридцатидвухлетнем стажем. Жилка определенная должна быть. Не слушается металл неумеху.

Как и полагается человеку дела, Владимир до слов немастак, хотя показать свою работу не стыдится и зазорным рассказать о ней не считает. Но пока заказ не закончил, разговаривать со мной не стал. Первым делом работа, а уж слава подождет, куда она от него, мастера, денется. Металлические пруты кузнец разогревает на специальной печи аж до полутора тысяч градусов.

– Помолчи, малец, – Владимир просит меня не мешать, – с горячим металлом особое внимание требуется. Не досмотришь, прикоснешься к живой плоти – мало не покажется. Сколько уж раз себе больно делал, но с каждым разом умнее становился.

В кузнице было грязно, но грязь вся рабочая, без нее в кузнечном деле никак. С непривычки кажется, что прохладно. Кузнец с помощниками не стоит на месте, от печи к наковальне сотню кругом за день наматывает, так что холод ему нестрашен.

– Ну что, спрашивай, чего тебе рассказать? – прервав работу, разрешил Владимир, мужчина среднего роста, простой, без внушительных габаритов.

– Прибыльное дело быть кузнецом?

– Как сказать. Без куска хлеба не сижу, на жизнь хватает. Все от клиентов зависит, иногда за неделю десять тысяч выходит, а иногда десять тысяч только за месяц.

– Неужто сутками работаете?

– А чем мы хуже других людей, – улыбается кузнец, – как у всех, суббота, воскресенье выходные дни. В будние дни трудимся обычно с 9 утра до 7 вечера.

– На чем хоть зарабатываете?

– Все, что не попросят, сделаем. Кружевные решетки для окон, дверей, ограды, каминов. Если просят, то и подсвечник изготовим, вазу металлическим узором окуем. Церкви украшаем, как-то петли для колоколов ковали. Вон погляди (мастер показал указательным пальцем на полку для обуви и вешалку, сделанные из металла, украшенные разной ковкой. Такими не жаль друзьям-миллионерам похвастаться) – это тоже наша работа.

– Где ваши изделия можно увидеть?

– Часовня возле областной администрации, все решетки нами сделаны. Решетки у экономической академии – тоже наша работа. Дольше всего делали перила в ресторане "Вернисаж", около 20 квадратных метров, полгода ковали.

– Оружие не просят выковать?

– Были как-то ребятки с толстыми лбами. Просили, но не можем, тут металл особый необходим, такого у нас нет. Зато ограды для бандитов с удовольствием делаем, красивые получаются. Жаль, конечно, парни обычно молодые, но они сами такую профессию выбрали. Скоро родительский день. Так заказы как из рога изобилия посыпятся, успевай только работу сдавать.

– А оборудование для кузницы где берете?

– Сам делаю. Одних клещей у меня около сотни. Каждые для определенной работы. Тут простому человеку и не разобраться, – произнес кузнец с какой-то ему только ведомой гордостью. – Долгие годы учиться надо. Только с годами чутье на металл появляется.

– Всегда работой довольны?

– Конечно, нет, мы как скульпторы – не понравится работа, отойдешь, посмотришь на нее со стороны и кувалдой расколешь. Иногда до десяти раз перековываешь, душа фальши не терпит... Но все, брат, спасибо, – подвел черту Владимир, – работу надо делать, заказчик ждать не будет.

В кузнице снова закипела работа, наверное, скоро появится еще одно металлическое произведение.