Французский бомж уехал в Тофаларию на велосипеде
– Я бомж, – весело, на чистейшем русском, говорит Марк. – Если вы мне объясните, что такое постоянное место жительства, я буду вам весьма благодарен.
Впрочем, как выясняется из разговора, Марк несколько кокетничает. У него есть квартира в Москве, у него семья во Франции, и очень большую часть времени он проводит в Иркутске. Для "бомжа" это даже очень неплохо.
– Путешествия – это моя работа, – продолжает Марк. – Я делаю фоторепортажи из тех мест, где бываю. И получилось это совершенно случайно.
Все в жизни Марка происходит случайно. Случайно стал работать на французские информационные агентства, случайно попал в Россию, случайно оказался именно в Иркутской области. И совершенно случайно сел на горный велосипед, с которого не слезает ни летом, ни зимой.
Нельзя сказать, что Марк и до этого не совершал ничего неординарного. С самого детства он прекрасно владеет горными лыжами. На его счету немало экстремальных трасс, мест, где до него еще никто не катался. Занимался скалолазанием, потому что родился в горах, в Альпах. Еще Марк обожает ночевать в одном спальном мешке при сорокаградусных морозах.
– Разве это холодно? – удивляется он. – Холодно – это когда минус пятьдесят и сыро, как на полюсе. Как я греюсь? Я не греюсь, я мерзну.
На самом деле, признается француз, ему очень нравится климат нашего края. Из всех времен года он любит зиму, а зима в Иркутской области – самая лучшая.
– Когда я только приехал сюда, на три дня ушел на 50 километров от Листвянки по Байкалу. И я три дня только и делал, что лежал в спальнике, пил горячий чай и смотрел на небо. Было очень классно и не очень холодно – градусов 20. При такой погоде легко жить: ты знаешь, что ты не промокнешь, что клещей нет. Солнышко светит, что еще надо?
При этом в последний раз Марк болел шестнадцать лет назад, в Париже, в своей квартире, при температуре плюс 27 градусов.
– Конечно, у меня есть родные, – улыбается Марк, – у меня есть даже двое детей. Но что они мне скажут? Это бесполезно. Они с детства привыкли к моим выходкам. Когда мне было лет 14, мама дала мне деньги и отправила за яйцами. У меня был маленький мотоцикл, на который я сел и поехал. Я тогда жил возле Женевы. На своем мотоцикле я доехал до Британии, это 800 километров, и обратно. Заняло это три дня. После чего отдал яйца маме. Почему я так сделал? Просто захотелось.
Сейчас Марк и двое его иркутских друзей штурмуют непроходимые дебри сибирской тайги – на велосипедах они едут в Тофаларию.
– Еще туда можно попасть пешком, – улыбается Марк. – Мне нравится Тофалария, это совершенно дикие места. Во Франции такого нет, ведь страна у нас очень маленькая. Я уже был там летом и осенью, захотелось съездить зимой. Я не считаю себя экстремальщиком. Просто люблю сложные маршруты.
Первый раз Марк был в Тофаларии летом, тогда все было как у всех. А второй раз, осенью, он уже не поехал в Тофаларию, а пошел.
Как получится на этот раз, Марк не знает. Если реку не сильно занесло, то они смогут доехать на велосипедах. А если снега будет больше 15 сантиметров, придется возвращаться, ничего не поделаешь.
Русский язык Марк знает прекрасно, даже разговаривает, используя сленг. Кроме русского и своего родного владеет еще сербским и английским. Объездил, по его собственным словам, не так много стран: почти все страны Южной Европы, бывшую Югославию, север России.
На его счету много экстремальных маршрутов и много разных увлекательных историй. Новую, надо полагать, он привезет через десять дней, когда он и его друзья вернутся из Тофаларии.
Наталья Федотова
