Насколько прочна власть Москвы над Дальним Востоком?

Задавшись этим вопросом, американский журналист-фрилансер Джошуа Кучера проехался по региону. В Иркутске он пообщался с борцами за независимость Сибири, а в Благовещенске изучал взаимоотношения россиян с китайцами.

«В Сибири есть лес и полезные ископаемые, но население очень малочисленно», – таков один из выводов Кучеры в статье, опубликованной сетевым журналом Slate. Поэтому экономическое и политическое будущее региона в долгосрочной перспективе покрыто туманом. Ясно лишь, что превращение Сибири в независимое государство маловероятно.

В Иркутске Кучера взял интервью у Михаила Кулехова, лидера организации, которая прежде называлась «Освободительная армия Сибири». В ФСБ у Кулехова поинтересовались, собирается ли его организация вести вооруженную борьбу, и после отрицательного ответа настоятельно порекомендовали сменить название. Теперь это «Общенациональная альтернатива Сибири», сообщает автор. Борцы за независимость отделались выговором, так как в организации всего три десятка членов, по подсчетам Кулехова.

«Вопреки репутации, которую имеет Сибирь в наших глазах, большая часть крупных городов, где я побывал, выглядит весьма симпатично – особенно Иркутск, где здания изящны, а атмосфера характерна для университетского города, полного книгочеев», – пишет Кучера. По его наблюдениям, сибиряки считают себя умнее и красивее других соотечественников, объясняя, что сюда ссылали российскую элиту. Однако с распадом СССР начался массовый исход в западную часть страны, и сокращение населения ставит под вопрос претензии Москвы на Сибирь и, следовательно, авторитет России на мировой арене, замечает автор.

Сибири необходима независимость, так как этот регион уникален в географическом, экономическом и культурном плане, утверждает Кулешов. Сибирь больше торгует с Азией, чем с европейской частью России, а доходы от торговли природными богатствами оседают в Москве. У сибиряков есть и свой национальный характер, полагает Кулехов: «Мы никому не доверяем, с нами трудно договориться, мы все делаем так, как хочется нам».

Однако, по мнению Кучеры, ныне Россия движется, наоборот, к централизации: например, губернаторы назначаются президентом. «Идея, что далекая Москва правит Сибирью деспотично, почти не считаясь с чаяниями местных жителей, стала лейтмотивом моего путешествия», – замечает он. «Любой регион – колония Москвы», – заметил в интервью иркутский политолог Михаил Рожанский. Сибиряки мечтают о независимости, чтобы не чувствовать себя жителями захолустья, говорит он.

Не называйте их городами-спутниками – рекомендует во второй части статьи Кучера, подразумевая российский Благовещенск и китайский Хэйхэ, расположенные друг против друга на берегах Амура.

По ночам центр Хэйхэ сияет огнями, точно Лас-Вегас, и у россиян эта картина вызывает смешанные чувства – и восхищение, и желание найти изъян. «Это потемкинская деревня», – заметил россиянин Михаил Кухаренко, директор Института Конфуция – культурного центра, который китайское правительство содержит в Благовещенске.

Российские туристы и торговцы-челноки постоянно посещают Хэйхэ, где остро ощущается демографический дисбаланс: на российском Дальнем Востоке живет всего 6 млн человек, а в трех провинциях на северо-востоке Китая – около 110 млн. Вдобавок Приморье богато сырьем, в котором нуждается китайская экономика.

Почему россиян-сибиряков тянет в Китай? – вопрошает Кучера в третьей части статьи. «Я ехал на российский Дальний Восток с представлением, что российско-китайская граница – все равно что американо-мексиканская: бедняки с более смуглым цветом кожи пробираются на север, где проще с трудоустройством, и нервируют белых», – пишет он.

Как обнаружил Кучера, малоимущие китайские мигранты действительно согласны на более низкую зарплату, чем россияне. Но на улицах Благовещенска очень мало китайцев – разве что горстки туристов с фотоаппаратами, делится автор. Зато многие образованные россияне работают в Китае, а россиянки выходят замуж за китайцев, считая их более обеспеченными и предупредительными, чем русские мужчины. У студентов Амурского университета в Благовещенске китайский язык популярнее, чем английский, а обучение немецкому и французскому полностью сходит на нет за ненадобностью.

«Китай – судьба Сибири, от событий в Китае во всем зависит наше настоящее, да и будущее. Интеграция и сотрудничество России и Китая – единственный возможный для нас путь», – сказал в интервью американскому журналисту Виктор Дятлов, профессор Иркутского университета. Однако на деле судьбой Сибири распоряжается Москва, а для нее сибиряки – только инструмент освоения природных богатств, посетовал Дятлов. Многие жалуются, что Москва относится к Дальнему Востоку как к источнику прибыльного экспорта и мало заботится о благосостоянии местных жителей, заметил автор. Так, в Благовещенске недовольны тем, что электроэнергия Бурейской ГЭС поставляется в Китай по более низким тарифам, чем для россиян, передает InoPressa.

К намерениям Китая в Благовещенске также относятся настороженно. «Здесь распространен слух, что в Хэйхэ, в секретном музее только для китайских туристов выставлены карты, где российский Дальний Восток включен в состав Китая», – пишет автор.