“Теперь чистый озон дает”. Красноярка украсила печную трубу по совету министра экологии
Жительница Красноярска Екатерина Бочарова украсила печную трубу на своем доме. Он обмотала ее гирляндой, сфотографировала и выложила в Facebook.
“Доложите там министру экологии, что одна труба тут в Дрокино чистый озон теперь дает. И золу выгребать не надо. Благодать-то, как есть, экологическая наступила в доме нашем”, - написала она.
26 ноября в Красноярск приезжал министр экологии России Дмитрий Кобылкин. Он предложил местным властям украсить трубы местных энергопредприятий, чтобы они “не бросались в глаза”, напоминая горожанам об экологических проблемах. По мнению чиновника, это даст трубам “дополнительный эффект”.
В Красноярске снова столкнулись две реальности, которые чиновники упорно пытаются выдавать за совместимые. С одной стороны – красивые картинки будущих кварталов, обещания благоустройства и разговоры о «комфортной городской среде».
Анастасия Новикова — основательница проекта «Круговорот» в Красноярске. Она занимается сбором ненужной одежды, развитием экоцентра и системой переработки отходов.
Иркутск накрыло грязным воздухом. И, как выясняется, виноват в этом не только местный транспорт, печное отопление или вечные разговоры про «неблагоприятные метеоусловия».
Весна 2026 года в Красноярском крае началась с очередной волны бодрых экологических рапортов. Правительство региона торжественно объявило о распределении почти полумиллиарда рублей на мусорные площадки, ликвидацию свалок и развитие инфраструктуры обращения с отходами.
В Красноярском крае снова заговорили о воздухе — и на этот раз уже языком уголовных дел. Прокуратура добилась возбуждения дел после проверок предприятий, где зафиксировали не просто нарушения, а откровенно опасные выбросы.
В Норильске опять случилось то, что здесь, похоже, давно перестали считать чем-то из ряда вон. Разлив топлива. Не авария федерального масштаба, не катастрофа с вертолётами и комиссиями — просто «инцидент», о котором официально лучше не говорить.
История началась ещё 8 апреля.
С мусором в Красноярском крае всё давно понятно — его вроде вывозят, но он никуда не исчезает. Контейнерные площадки переполнены, пакеты рвутся, ветер разносит отходы по дворам. А в отчётах — порядок. Машины ездят, система ГЛОНАСС фиксирует маршруты, галочки стоят.
История с масляными разводами на Енисее — это уже не новость и даже не скандал. Это фон. К нему привыкли, как к шуму дороги или запаху выхлопа. Но в какой-то момент даже привычный фон становится слишком заметным. И тогда начинается разговор по существу.
На этот раз разговор довели до суда.
В Красноярском крае снова заговорили о мусоре. Повод вроде бы позитивный: министр экологии Владимир Часовитин отчитался о расширении инфраструктуры для твердых коммунальных отходов. В планах — сотни новых площадок, десятки муниципалитетов и сотни миллионов рублей из бюджета.
Красноярск в последние годы активно растет. Город расширил границы, включил в себя соседние поселки и получил новые земли под застройку. На бумаге — развитие, перспективы, новые районы. В реальности — тысячи печных труб, которые каждую зиму превращают город в газовую камеру под открытым небом.
