Утро 19 марта. Что мы выбрали?

Президентские выборы состоялись. Их итог, пожалуй, можно определить такой фразой: «Кого надо, того и выбрали».

Главнейший и важнейший результат выборов состоит в том, что на ближайшие несколько лет у нас будет вся та же система, что и раньше. Голосование за В.В. Путина – это ведь не только и не столько голосование за него персонально, но и за всю систему управления страной, которую он возглавляет, за всю систему политических и экономических отношений, а также и за всех людей, в этой системе задействованных, не только в административных органах, но и в многочисленных госкорпорациях.

Ну и что мы с этого имеем? Есть две стороны, хорошая и не совсем.

Хорошая сторона состоит в том, что эта система весьма устойчива, она просуществовала уже 18 лет, и за это время не было ни одной достойной упоминания попытки ее свалить. То, что она находит поддержку у очень значительной части населения России – совершенно очевидно.

Далее, эта система кое-что знает и умеет делать. Во всяком случае, на уровне идейного и технического базиса, который сложился в основном в позднесоветское время. В последнее время мне стало бросаться в глаза, что практически все, что выдвигается этой системой и называется инновациями, имеет советские прототипы и прообразы, если не напрямую заимствовано из старых, вместительных и покрашенных суриком советских сейфов во всякого рода «почтовых ящиках».

Скажем, если говорить о баллистических ракетах, то РС-36М2 «Воевода», которая несколько лет назад была в топе военно-промышленного пиара и недвусмысленных намеков в адрес «заклятых партнеров», была создана в СССР и встала на боевое дежурство в июле 1988 года. Работы, которые проводились во второй половине 2000-х годов, ставили целью убедиться, что ракета действительно способна стартовать и долететь до цели.

Более новая ракета РС-28 «Сармат», о которой тоже говорится в превосходной степени, как выясняется, использует модернизированную версию двигателя РД-264 от «Воеводы». Управляемый боевой блок к этой ракете также стал разрабатываться в 1987 году. Вообще, судя по всему, «Сармат» - модификация старой доброй «Сатаны», в чем-то, конечно, улучшенная по сравнению с предшественником. В целом, это практически однотипные ракеты с примерно одинаковыми тактико-техническими характеристиками.

Сами по себе эти модификации были в основном выработаны в конце 1980-х годов, но не были доведены до конца из-за бурных политических событий, перестройки и разоружения. Теперь же документацию на них извлекли из объемистых сейфов и представили в качестве новинки.

Обычно эту зависимость от советского задела принято считать недостатком, я же ее отношу к достоинствам. По крайней мере, все, с чем можно справиться советским заделом и большими деньгами, эта система во главе с только что избранным президентом определенно сможет сделать. Тому есть немало подтверждающих примеров.

Теперь же не очень хорошая сторона дела. Во всех проблемах и задачах, которые потребуют нетривиальных решений, для которых не найдется ответов в старых советских сейфах, эта система, вне всякого сомнения, окажется совершенно беспомощной и ничего не сможет сделать.

Это интересное обстоятельство объясняется очень просто. Отыскание нетривиального решения требует независимого мышления, помноженного на поисковый авантюризм. И то, и другое было тщательно (хотя и не до конца) выкорчевано из советского общества еще при Леониде Ильиче. Нынешнее руководство, состоящее из людей, сформировавшихся в те годы, прочно впитало установки, что независимое мышление – это клеймо, и авантюризм – это такое ругательство.

Собственно, влияние этих установок прекрасно видно во всех их делах, а также во всей их кадровой политике.

Есть и подтверждение их беспомощности в таких делах, которое лучше всего видно в провале многочисленных программ развития Сибири, Дальнего Востока и Арктики. Сколько их составлялось, и ни одна из них не привела к ощутимому результату. Ничего удивительного. В их распоряжении были только идеи и концепты академика Агела Аганбегяна, неэффективность которых была очевидна уже в конце 1980-х годов.

Как результат – несколько неудачных, брошенных на полдороге проектов, недостроенных железных дорог, несозданных предприятий. Чуть ли не единственным достижением в этой сфере сибирско-дальневосточного развития был нефтепровод ВСТО – тот же самый нефтепровод «Дружба», только в азиатском направлении.

Пока все хорошо, и, видимо, это «хорошо» еще некоторое время подержится. Но, как говорится, memento mori, и о том, что обстановка может неожиданно вбросить эту систему в условиях, требующие выработки и принятия именно что нетривиальных, нестандартных и далеко выходящих за рамки всего усвоенного советского опыта решений. Есть некоторые основания думать, что такие условия могут сложиться уже в обозримом будущем, и они могут затронуть не только миропорядок и международные отношения, но и основы мирового хозяйства. Что тогда будет с этой системой – это весьма интересная тема для политико-экономических прогнозов.

В любом случае – выбор сделан.