Путина, как президента, больше нет?

Свежее событие - Владимир Путин объявил 2 апреля 2020 года, что «нерабочая неделя» продлевается до 30 апреля, тем самым провозгласив наступление в стране острейшего экономического кризиса. Но я бы сейчас хотел сказать не об этом.

Общее впечатление от событий последних дней у меня таково — вероятно, Владимира Путина как президента России больше нет. Лично у меня в этом особых сомнений нет, но поскольку я все же сторонний наблюдатель и не могу представить абсолютно неопровержимых доказательств, то я должен оформить эту мысль как предположение. Все, что будет сказано ниже, является моей попыткой объяснить все то, что мы наблюдаем в течение последней недели.

Внешний факт, который меня подтолкнул к таким заключениям, был следующий. 29 марта, то есть в воскресенье, мэр Москвы Сергей Собянин ввел режим всеобщей самоизоляции, запретив жителям столицы без крайне необходимости выходить из домов. Тем же вечером глава комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству Андрей Клишас заявил, что это решение незаконное и противоречит Конституции РФ.

Сложилась коллизия, когда мэр Москвы влез в полномочия президента России. На следующий день, 30 марта, понедельник, прозвучала сногсшибательная новость: Путин прокомментировал это решение и одобрил его. Прокомментировал!! Как глава государства он должен был отреагировать более решительно. Если Путин не был согласен с этой мерой, то должен был ее отменить; если же был согласен, то должен был ее подтвердить своим решением, и придать ей самый высокий статус. Он мог бы выпустить особый указ о борьбе с коронавирусом, или же воспользоваться правом, данным ему статьей 88 Конституции РФ и объявить чрезвычайное положение.

Тогда у меня и появилось предположение, что Путин фактически утратил президентскую власть. Глядя на то, как вместо него распоряжались премьер-министр Михаил Мишустин и мэр Москвы Сергей Собянин, трудно было дать другую оценку происходящего.

Дальше — интереснее. 1 апреля 2020 года Путин подписал спешно заготовленный закон о праве правительства (то есть Михаила Мишустина) вводить режим чрезвычайного положения. Вот после этого у меня сомнений в утрате Путиным власти практически не осталось.

Это зачем ему передавать кому-то свои президентские полномочия по введению ЧС? Он что, настолько ослаб, что не может расписаться под соответствующим указом? Нет, не ослаб, и выглядит довольно бодро, даже 30 марта поговорил с президентом США Дональдом Трампом. Если Путин считал, что пора вводить режим ЧС, что дает формальное право ограничивать права и свободы граждан, то надо было подписывать указ об этом. Если же он считал, что оснований для ЧС нет, то ему следовало рыкнуть: «Не устраивайте панику!» или что-то такое.

Вместо этого, права и свободы граждан ограничили (причем образом, ведущим к экономическому коллапсу), режим ЧС до сих пор не введен, а само право введения режима ЧС Путин великодушно передоверил правительству, то есть Мишустину.

Но великодушно ли? На мой взгляд, нет. Не великодушно, а под принуждением. 31 марта стало известно, что главврач больницы в Коммунарке, где лечат заболевших, Денис Проценко сам заразился коронавирусом. При этом, 24 марта Путин посещал больницу, общался с Проценко, пожимал ему руку, в силу чего вытекает, что и Путин попал в группу подозрительных на коронавирус. Неизвестно, когда Проценко подхватил заразу, до или после визита Путина, но это не так важно.

Важно в этом случае немедленно сделать тесты Путину и выяснить, заразился он или нет. Это вопрос государственной важности: если Путин заражен и заболеет, то Россия может остаться без главы государства. Мы до сих пор не знаем, делался ли ему тест и что он показал. Если президент заражен, то он должен быть помещен под карантин, что позволяет применить статью 92 Конституции РФ о неспособности президента исполнять свои обязанности, и тогда его полномочия временно переходят к главе правительства, то есть к Мишустину.

Мое предположение состоит в том, что на Путина в тот момент оказывалось сильное давление, и от него требовали одобрять принятые без его участия решения под угрозой помещения под карантин и официальной передачи его полномочий Мишустину. Вилка. Путин этому давлению, видимо, уступил, как мы можем видеть.

Кто может быть настолько сильно заинтересован в том, чтобы ослабить Путина? В первую очередь, нефтяники и газовики, у которых появились сильные претензии к нему. «Газпром» не сумел достроить «Северный поток-2», несмотря на все уверения, причем на последнем этапе. Нефтяники же, из-за странной ценовой войны на мировом рынке, остались не только без денег, но и вынуждены или продавать нефть в убыток, или закрываться. Да, ситуация изменилась, и тесный круг старых друзей превратился в банку с пауками.

Но «Северный поток» (обе очереди суммарно 112,8 млрд. кубометров газа в год — 45% от всего российского экспорта) и «Роснефть» - это немцы. В совет директоров обоих компаний входит Герхард Шрёдер, ранее бывший в совете директоров «Газпрома». Немцы же ничего серьезного не предпримут без консультаций с США. Немцы желали бы стать главным дистрибьютером российского газа в Европе, но в последний момент остались с носом из-за санкций США. Думаю, что были консультации о том, каковы условия снятия санкций. Насколько я могу судить об этой комбинации, ответ Трампа мог звучать примерно так: «Ну, нам Путин не нравится». Впрочем, и без немецких намеков, российские нефтяники, столкнувшись с ценовой войной (можно думать, что также инспирированной, хотя бы отчасти) и перспективой остаться с убытками, подскочили как ужаленные. Так что, вполне мыслимо предполагать, что частичное выведение Путина из власти может ими рассматриваться как средство преодоления внезапно возникших препятствий.

Свалить Путина — легко сказать, но как это сделать? Все же Путин, как ни крути, пользовался весьма значительной поддержкой населения и правил 20 лет без единой попытки отрешить его от власти. Давайте не будем кривить душой — нас Путин устраивал, хотя бы потому, что обеспечивал нам вполне пристойный уровень безопасности и благосостояния. При нем мы жили неплохо, получше, чем когда-либо. Потому мы на него временами ворчали, но в целом поддерживали и выбирали его. Поэтому, если объявить сразу, что Путин больше не президент, то может возникнуть возмущение: «Нет, так это не годится!» и «Если не Путин, то кто?». Второй вопрос более важен и серьезен, поскольку кандидатуры на его место не просматривается. Жесткий режим самоизоляции нужен и для того, чтобы не возникло этого возмущения, стихийного или организованного, разного рода митингов, которые бы смазали всю картину.

Что может быть дальше? Я исхожу из своих предположений, что Путин уже фактически выпустил власть из своих рук. Следовательно, вскоре должно произойти оформление этого. Это возможно двумя путями. Первый — Путин подаст в отставку сам. Второй — Путин будет объявлен больным, будет изолирован, его также можно при желании объявить тяжело больным, и в дальнейшем он повторит судьбу Михаила Горбачева.

Есть еще и третий вариант, тоже мыслимый: долгий режим самоизоляции обвалит экономику, и все последствия экономического кризиса, когда десятки миллионов граждан останутся без средств к существованию, приписываются Путину, в результате чего он теряет и власть, и поддержку.

Вот такие предположения. Как оно будет дальше — посмотрим. Нам это покажут и расскажут.