Коррупция — это не только взятки
Принятый Госдумой в первом чтении закон “О противодействии коррупции” давно назрел. Ее размах приобрел масштабы национальной катастрофы. По мнению аналитиков, объем взяток ежегодно составляет сумму, сопоставимую с доходной частью бюджета страны.
Один из инициаторов закона – член Комитета по безопасности, генерал-полковник МВД Аркадий Баскаев.
– Обычно мы понимаем коррупцию как подкуп через взятки, – рассказал он. – Но этим она не ограничивается. Понятие “коррупция” включает и лоббирование законов в Думе, и “продавливание” своих интересов в разных конкурсах, при заключении договоров.
В первой статье дается определение коррупции – это “поиск, установление и поддержание противоправных отношений между специально указанными субъектами коррупции и иными лицами (физическими и юридическими лицами) с целью достижения каждой из сторон своих личных, групповых, корпоративных и корыстных целей”.
В новом законе вводится понятие “коррупционный проступок”, определяющее противозаконные действия, которые не имеет права совершать чиновник.
В зону коррупционного риска попадают не только госчиновники, но и аудиторы, нотариусы, адвокаты, присяжные заседатели.
Важным нововведением в законе надо считать статью об антикоррупционном мониторинге законодательных актов. Это крайне важно для качественной работы Госдумы. Сегодня там нет органа, проверяющего проекты законов, что называется, “на коррупционную вшивость”.
Депутаты, принимая законы, не знают порой, кем они лоббируются, чьи узкокорыстные интересы преследуются. Помню, как попали впросак депутаты, когда работали над законом об ограничении ввоза лекарственных препаратов иностранного производства. Вроде бы нужный закон, поддерживающий отечественного товаропроизводителя.
Но на самом деле мощные фармацевтические группы пытались в значительной степени монополизировать рынок лекарств.
В законопроекте было требование о том, чтобы все препараты отвечали международным экологическим требованиям. Но ведь многие российские фармацевтические предприятия построены давно, и редкие из них соответствуют международным экологическим стандартам. В результате почти вся отечественная лекарственная промышленность попала под угрозу закрытия.
Когда закон приняли в первом чтении, начали кусать с досады локти. От него колоссальный выигрыш доставался “фармацевтическим королям”, успевшим построить ультрасовременные производственные комплексы. Большинство же предприятий надо было закрывать. Хорошо, что ко второму чтению сумели разобраться в подлинной подоплеке законопроекта, внесли разумные поправки, и закон заработал с выгодой для всей страны, а не только для узкой группы олигархов от фармацевтики.
Новый закон даст право подобные решения отменять, лишая их юридической силы. Если будет доказано, что юридический норматив принят с нарушением закона о противодействии коррупции, будь это закон, решение суда или договор.
