Где заканчивается музыка

Большой наш меломан, дорогой наш президент Дмитрий наш Медведев встречался с лидером ирландской группы U2 Боно перед концертом означенного коллектива в Москве.

В ходе разговора глава страны вроде как высоко оценил общественную деятельность Боно, признав даже, что «забота о людях — это дело не только политиков». Однако президент при этом как бы вскользь заметил, что «когда люди начинают очень много заниматься общественной деятельностью, зачастую музыка заканчивается». Правда, Боно он утешил, добавив: «С вами этого не случилось».

Президент, конечно, нашел, перед кем распространяться на эту тему. Наверно, среди известных на весь мир музыкантов нет более увлеченного общественной деятельностью человека, чем Боно. О его активности на экологическом поприще рассказывают анекдоты. Он является одним из основателей организации ONE, занимающейся сбором средств на борьбу со СПИДом. Группа участвует в кампаниях международной правозащитной организации Amnesty International. В 2003, 2005 и 2006 году его номинировали на Нобелевскую премию мира.

Сильная фраза была брошена президентом, ничего не скажешь. Признаться, при других обстоятельствах я бы даже отчасти с ней согласился. Действительно, если музыкант переносит эту самую деятельность в творчество, то есть посвящает песню какой-нибудь насущной политической или общественной проблеме, нередко оказывается, что и мелодия с гармонией в ней какие-то уж очень банальные, и текст какой-то плакатный, и образы какие-то вымученные, а через несколько лет пафос уже оказывается неактуальным. Сколько споров вызывает, например, общественная деятельность Джона Леннона — чего в этом было больше, позерства или искренности. А кто сейчас помнит его песни, посвященные Анджеле Дэвис или событиям в Северной Ирландии? Или вспомним хиппарей на фестивале в Вудстоке — пока они там выступали против войны во Вьетнаме, пели про свободу да про революцию на одной ноте, их аполитичные коллеги из группы King Crimson делали настоящие открытия в области звукоизвлечения…

С другой стороны, если ставить проблему более широко, так ли уж отрицательно повлияла, например, обеспокоенность Пола Маккартни правами животных на его творчество? Увлечение некоторых передовых британских авангардистов (группа Henry Cow) и американских джазменов (Liberation Music Orchestra контрабасиста Чарли Хейдена) левыми идеями — на их способность импровизировать и сочинять? Неравнодушие эстонского композитора Арво Пярта к судьбам Анны Политковской и Михаила Ходорковского — на его талант?

Нельзя забывать, что у музыки бывают разные цели. В том числе, и общественные. Рокер или бард с гитарой наперевес в определенные времена становился и становится одним из главных действующих лиц протестного движения. И, может быть, музыка, в особенности в форме простой песни, способна донести до слушателя актуальную мысль быстрей, чем лозунг. Те же вудстокские хиппари сыграли не последнюю роль в деле прекращения вьетнамского кровопролития. Сегодня функции музыкантов-общественников частенько выполняют рэпперы. Ведь рэп вообще, как правило, является моментальной реакцией на общественную ситуацию. И резонанс от произведений того же Noize MC, посвященных машинам с мигалками или действиям милиции, очевиден. Для кого-то, конечно, это не музыка, но странно было бы отрицать рэп как культурное явление.

Впрочем, оставим эти прекраснодушные разговоры. Так ли уж волнует Дмитрия Медведева гамбургский счет? Ой, вряд ли. Возможно, он отчасти продолжает линию, начатую Владимиром Путиным, который объяснял театральным деятелям, каким должен быть Чацкий, и учил художника рисовать. Но давайте посмотрим, что происходило совсем недавно. Рэппера-обличителя сажают на десять суток, а потом отменяют его выступление. На митинг в защиту окружающей среды не разрешают пронести аппаратуру, чтобы не дать ему превратиться в концерт. И вообще концерт становится запрещенным мероприятием, если на него приходят те, кто властей не признает. В этой ситуации слова про людей, которые очень много занимаются общественной деятельностью, кажутся довольно зловещими. Можно сколько угодно морщиться и говорить о том, что Юрий Шевчук исписался и слишком увлекся злободневностью. Что на сборниках «Музыка несогласных» музыкой и не пахнет. Но уместна ли эта критика, когда юные неучи, находящиеся под патронатом государственного ведомства, рисуют на Шевчука карикатуры и пишут про него агрессивные глупости и пакости? Когда пресс-секретарь взлелеянного властью движения публично называет его куском говна? Когда на сомнительном интернет-ресурсе создают имитацию осуждения певца коллегами-рокерами? Когда, наконец, музыкантов задерживают за песни? С президентом, который, по-видимому, все это открыто поддерживает, соглашаться нет никакого желания.

Тем временем милиция хоть еще и не стала полицией, но слова своего президента поняла правильно. Перед концертом U2 она помешала деятельности активистов Amnesty International и «Гринпис России». Задержала двух человек и, как пишет «Коммерсантъ», не дала собирать подписи за эффективное расследование убийств Анны Политковской и Натальи Эстемировой, а также за восстановление лесной охраны. Заодно и палатку фонда ONE прикрыла. А ведь во всем мире выступления группы сопровождаются агитационной деятельностью гуманитарных организаций. И до сего момента это возражений ни у кого не вызывало.

Боно сигнал Медведева явно не уловил. Хоть и поблагодарил российского президента в ходе концерта за теплый прием, но в финале спел вместе с Шевчуком.

Что же до гамбургского счета, то сейчас даже те, для кого музыка, безусловно, является самоцелью, оказываются не против общественной деятельности. Утонченная группа «Вежливый отказ» отродясь не участвовала ни в каких протестных или просто общественно-политических мероприятиях. Выступление на Васильевском спуске в 1996 году в рамках предвыборной кампании Бориса Ельцина, где кто только не участвовал, не в счет. Про пролетариев с большевиками она пела лишь тогда, когда слова удачно ложились на музыку. И вот музыканты неожиданно соглашаются сыграть на митинге в защиту Химкинского леса. Прежде всего, потому что лидер группы Роман Суслов родом из Химок — так растущие аппетиты власти затрагивают тех, кто политикой вроде бы не занимается. И этих достали. Спеть «Отказ» на Пушкинской собирался песню «Мы победим», внешне простенькую и пародийную, но имеющую более глубокие корни. Вот только на митинг их с музыкальными инструментами не пустили.

Медведев, вероятно, хочет, чтобы общественной деятельностью у него в стране занимались потихоньку. Чтобы, например, советовались с заместителем главы его Администрации. А не собирали тысячи людей на площади в центре города. Чтобы не ругались и против властей не бунтовали. Но что делать, когда власть уже повсюду дотянулась? Этак, глядишь, у президента закончится не только музыка, но и кинематограф, и хлебопечение, и бизнес.