Он развалился. Народный Хурал шестого созыва как мертворожденный ребенок бурятской политики

Избранный в сентябре 2018 года состав парламента Бурятии должен был стать образцово-показательным. Не таким вялым и слабовольным, как у спикера Матвея Гершевича, но и не настолько тоталитарным и своенравным, как под предводительством Цырена-Даши Доржиева. В общем, все ошибки пятого созыва (2013-2018) были учтены и проработаны.

Шестой созыв был избран с конституционным большинством «Единой России»; бело-голубым же досталось подавляющее большинство портфелей, а коммунисты оказались удовлетворены мизерными подачками. Идеальное начало.

А вот дальше начался кошмар длиною в полтора года, апогеем (а может и жирной точкой) которого стали падение спикера Владимира Павлова и кошмарный скандал с участием вице-спикера Баира Жамбалова.

Тотальная неудача сотен технологов, функционеров, чиновников и депутатов в лице Хурала №6 заслуживает, воистину, целой научной работы. Но так как у нас нет тех полутора лет, что бездарно потратили бурятские парламентарии, да и предмет обсуждения таких жертв не заслуживает, ограничимся пятью – максимально исчерпывающими – пунктами.

1. Хурал превратился в формальность

Полтора года деятельности шестого созыва Народного Хурала прошли будто в режиме автопилота: выезды депутатов, заседание комитетов, сессия, повторить. При этом «выхлоп» для жителей республики, которые за весь этот праздник жизни платят, минимален: не принято ни одного закона, направленного на развитие экономики, социальной и других сфер. Нет хотя бы законопроектов, идей; не прилагается усилий на банальное создание почвы для хотя бы мало-мальского роста.

Да, деятельность депутатского корпуса чаще всего формальна даже в случае с самыми успешными и продуктивными парламентами – все-таки это не исполнительная власть с ее обозримыми горизонтами, быстрыми результатами и другими прелестями властной вертикали. Однако в случае с Народным Хуралом утрачены даже редкие столпы полезной бюрократии – на круглых столах больше не обсуждают важные проблемы (эту нишу быстро заняла Общественная палата), заседания и комитеты превратились в фарс, а сила депутатского мандата (запросы, полномочия, доступ к финансовым потокам) была безнадежно распылена на борьбу за власть между персоналиями и группировками.

2. Хурал утонул в скандалах

Не использованные по назначению энергия, деньги и другие ресурсы тратятся депутатами на заполнение свободного от позитивных парламентских инфоповодов грязными скандалами. За полтора года шестой созыв Хурала успел поссориться с театральной интеллигенцией, обидеть неприхотливых муниципалов (на которых депутаты сбросили ярмо строительства и ухода за сиротским жильем) и даже разозлить Хамбо ламу.

Из депутатских рядов пришлось срочно вычищать осужденного уголовника; вице-спикер стал антигероем года в России; спикер плетет интриги, предает сначала своих, а потом и чужих. Депутата от Северобайкальска Оксану Бухольцеву коллеги бросили в беде, а молодые коммунисты устроили на центральной городской Площади Советов мини-майдан.

Страшная история в прибайкальском селе Батурино, как это ни печально, лишь влилась в общий тренд. Один такой скандал ни о чем не говорит, но когда в них попадает десяток разных депутатов за короткий период – есть повод задуматься.

3. Хурал не готов к политическим кризисам

Взорвавшие Бурятию протесты 9-12 сентября 2019 года в Улан-Удэ в числе прочего обнажили абсолютную непригодность Хурала как площадки для переговоров. Все потому, что депутаты не имели общей позиции по митингам, да и вообще по какой-либо теме. Этих депутатов хватило только на передел власти уже после заварушки – такой себе пир стервятников. Любой более-менее крупный кризис свалит этот храм законодательства за минуту.

4. Хурал неуправляем

Разговоры о причинах вышеперечисленных и других бед шестого созыва Народного Хурала неизбежно упираются в личности его руководителей. Спикер Владимир Павлов оказался слишком слаб, коньюктурен и труслив для такой работы – об этом Бабром уже было сказано достаточно. Баир Жамбалов должен был сдерживать слабые стороны председателя, но поскольку сильных не было вовсе, то фактически стал кукловодом, напрочь забыв про собственную репутацию и карьеру. Другой вице-спикер Цырен-Даши Доржиев, очевидно, был обижен на смещение с поста спикера, который он занимал в пятом созыве. Толку от него не было – к рулю его подпускать перестали, перекрыв все сильные стороны опытного депутата.

Подобное притягивает подобное – слабые и сомнительные управленцы собирали вокруг себя таких же пособников. Те же, кого не подпустили к кормушке, стали плести интриги. Результат – полное вырождение парламента из 66 человек за каких-то 18 месяцев работы.

5. Парламент Бурятии деградировал как концепция

Но причина провала кроется, конечно, не только в персоналиях, но и системе, в которой эти персоналии функционируют. Хурал ни структурно, ни по сути не изменился за последние 20 лет. Время не тронуло этих скучных людей в скучных залах со старой, едва работающей техникой.

Полтора года шестого созыва пролетели в ярких скандалах и серых дежурных депутатских буднях. Опытные парламентарии понимают, что и следующие полтора года также быстро пролетят - и это уже будет история.

Каждый созыв имеет своё лицо - это знаковые мероприятия или принятые республиканские законы, в то время как работа исполнительной власти сводится к решению текущих проблем и перспективных задач, из-за чего правительство Бурятии всегда на виду и постоянно присутствует в общественном сознании.

Каждый очередной созыв парламента же - это всегда что-то новое и запоминающееся избирателям по конкретным делам. Прошедшее 25-летие Народного Хурала показало место и роль предыдущих пяти созывов в развитии республиканского парламентаризма. Возможно, пришла пора поставить в этой истории точку и начать писать новую.

Бабр продолжит внимательно следить за развитием событий.