Инсайд. Бурят-монгольский фактор – главный аргумент в историческом споре между Россией и Китаем. Часть 1

Передел мира в Восточной Азии в постмонгольскую эпоху

“Мифы в Азии сильнее, чем реальность”. Поразительные по глубине и смыслу слова сказанные Петром Бадмаевым императору Александру III в период Большой игры (политическое противостояние между Британской и Российской империями прим. Monuzel) сегодня забыты и не цитируются. Но по закону цикличности истории слова выдающегося стратега опять становятся актуальными. И сейчас, выйдя далеко за пределы контекста в котором прозвучали, встраиваются в аксиомы формирования нынешней современности - периода нового передела мира. Некоторые иллюзии и домыслы на которые крутили люди у виска раньше, сейчас становятся важнейшими деталями геополитики и на их основе формулируются остальные концепты.

Обоснования и аргументации политических решений на базе исторической справедливости всегда являлись важнейшим фактором для реализации амбициозных геополитических задач. Отказ от них в пользу поверхностных суждений приводит к поражению. Именно поэтому, во времена перемен, открываются пути вольной интерпретации истории. А логика исторических процессов строится на том самом “искусстве возможного” и некоей “исторической правде”.

По этой логике создавались великие империи, собирая вокруг себя земли, выходы на моря и важным ресурсам. По этой же логике распадались империи и на их месте появлялись новые образования. На первый взгляд, противоестественный и контристорический процесс впоследствии видоизменялся в естественный и “всеми понятный” ход истории. И, наоборот, казалось бы незыблемый монолит из крепких скреп, исчезал за считанные мгновенья.

Одним из таких знаковых моментов времени, когда Русское царство превращалось в Российскую империю, стал Нерчинский договор 1689 года. Процесс был непростой и усложнялось для России двумя войнами на западе, внутренней неурядицей и огромным расстоянием от Москвы.

К тому времени, утвердившаяся в 1644 году Цинская империя динамично усиливалась и расширяла территории. Цины двигались на запад и устанавливали гегемонию в степях Восточной Азии и одновременно укрепляли легитимность своего правления над огромным Китаем. Впоследствии они добились своего: победили Джунгарское ханство и провозгласили через Тибет свою правопреемственность династии Юань.

В такой обстановке неопределенности создавалась новая реальность. Были окончательно вычеркнуты очертания Монгольской империи и на политической карте мира появились Цинская и Российская империи.

Известно, что Цины переманили в свою сторону халхаских ханов и путём политических манипуляций и продуманной стратегии разгромили джугар, и установили свой порядок на этих обширных территориях.

Во всей этой последовательности “халхаский фактор” для Цинов был самым главным - Абахай позиционировался защитником не только маньжуров, но и халхасцев в том числе. Переход правителей Халхии в сторону маньчжурского правителя Абахая обеспечил последнему легитимизацию власти в Китае и победу над грозными джунгарами. К слову говоря, обещание своё Цины выполнили и ни одна нога китайца на территорию теперь уже Внешней Монголии не вступала вплоть до конца правления династии.