Мэр Крупенев пригрелся в контрольно-счетной палатке
Рождаемый не без натуги законопроект о возможности муниципальных дум Иркутской области передавать полномочия по осуществлению внешнего финансового контроля Контрольно-счетной палате Иркутской области все-таки принят в феврале 2025-го в первом чтении. До 10 марта в парламент должны были поступить поправки к документу.
То есть вот существуют в Иркутской области главная, региональная Контрольно-счетная палата и куча муниципальных палаток (все коротко называются КСП). Создаются они для контроля за исполнением бюджета, а также за использованием его средств. Они же ведут аудит и анализ различных государственных и муниципальных программ, что позволяет выявлять недостатки и предлагать пути их устранения. И разработанный закон позволит муниципалитетам передавать эти функции на областной уровень. И, видимо, тем самым экономить на содержании собственных палат.
Теоретическая возможность так поступать есть и реализована в России, например, в Ленинградской области, Башкортостане и в Красноярском крае. Но в Иркутской области, прежде чем пойти их путем, надо определить механизм и источники финансирования. На контроль из Иркутска нужны деньги (на те же командировки аудиторов). Передать средства наверх ничтоже сумняшеся муниципалитеты не могут – только при условии, что насобирают налогов больше плана. Это редкость, то есть придется тратиться из региональной казны. А в самом проекте указано, что начинание с передачей полномочий дополнительными расходами региональной казне не грозит. Именно из-за этих формальных нестыковок направленный в Заксобрание законопроект циркулирует там уже четвертый год.
Но это ладно, его можно подрихтовать, раз в принципе переходить на внешний финансовый контроль позволено. Выкрутились же в других регионах.
Но сама идея выглядит здравой.
Даже хотелось бы, чтоб некоторые муниципалитеты перевели на внешний контроль в обязательном порядке. И дешевле бы вышло.
Рассмотрим для примера Нижнеудинский район, где на днях зарплату мэра заботливо проиндексировали: ежемесячную надбавку за сложность и напряженность увеличили с 2,9 ежемесячного денежного вознаграждения до 3,4.
Мэр Нижнеудинского района Анатолий Крупенев
Говоря попросту, к жалованию Анатолия Крупенева накинули больше 11 тысяч рублей, причем задним числом, с января. Ведь трудился не покладая рук, пытаясь как-нибудь выкурить восстановленную в должности директора школы Замзора. В декабре 2024-го зарплата Анатолия Анатольевича составляла 322 тысячи рублей. Добавилась вроде мелочь, а приятно (а если, опять же, говорить попросту, то добавилась почти половина официальной пенсии жителя Прибайкалья). Читаешь положение об оплате мэрского труда, и чувствуется трогательная забота авторов. Крупенев может раз в год написать заявление на материальную помощь в размере 25 тысяч рублей на «празднование юбилейных дат со дня рождения мэра», включая пятилетние рубежи (прямо тезоименитство государя-батюшки, а не формулировка). Ну мало ли, на колбасу и селедку для «шубы» не хватит.
Соответственно, за финансовыми аспектами «сложного и напряженного» труда Крупенева следит местная контрольно-счетная палата. Следом за увеличением содержания мэра должно последовать и положение о ее финансировании. Объем тоже регулярно повышают. Так, например, в 2021 году председатель муниципальной контрольно-счетной палаты Нижнеудинского района получал 111 тысяч рублей в месяц, а теперь – 160 тысяч.
Плюс – жалование аудитора, плюс – разные расходы... Но и после выхода этих важнейших специалистов на пенсию затраты районной казны не прекратятся. Плюсом к основной пенсии бывший председатель, например, будет получать 60 процентов от заработной платы. То есть, исходя из нынешней, порядка 80 тысяч рублей дополнительно.
И да, в структуру оплаты труда председателя палаты входят надбавки за «сложность и напряженность».
Мэр сложно и напряженно трудится, председатель сложно и напряженно контролирует траты бюджета. Красота! Конечно, они не могут отказаться даже от периодических надбавок, не говоря уж о какой-то части уже имеющейся зарплаты. Каждый рубль улетает в топку сгорающих во благо района нервов и мышц мэра и председателя КСП. Никак нельзя.
И значит, принимается, что труд мэра и председателя КСП гораздо сложнее и напряженнее почти всех работающих в Нижнеудинском районе. Сложнее и напряженнее, чем у хирурга, который вытаскивает людей с того света многочасовыми операциями, сложнее вертолетчиков, что летают в Тофаларию, сложнее коммунальщиков, которые собственными руками латают деградирующую систему ЖКХ.
А ведь можно было их, мэра и председателя, от этого труда и избавить. Ну зачем люди так напрягаются! Вот, живет же как-то без физического наличия мэра Катангский район, чей начальник Сергей Чонский был арестован еще в 2023 году. И ничего, никаких особых катастроф не произошло! Крупенев, правда, вряд ли насмелится брать по-крупному и предпочитает отрицательно развивать район исподтишка, как в случае с увольнением директора школы за плохие результаты на выборах. Жаль, но за это его не арестуют.
А вот вычесть затраты на муниципальную контрольно-счетную палату, которая вряд ли решается хоть слово против мэра молвить в силу своей фактической зависимости от него, было бы неплохо.
_23191623_b.jpg)
_(1)_20193329_b.jpg)
