Политическое падение семьи Натаровых
Политический ландшафт Красноярского края никогда не будет прежним. Неприкасаемых становится всё меньше. Договорённости с официальной властью работают всё слабее. Силовые органы работают всё более жёстко и непредсказуемо.
Что случилось? Сергею Натарову, экс-депутату Госдумы и действующему вице-спикеру Законодательного собрания Красноярского края, предъявляют обвинение по восьми эпизодам 160 статьи УК РФ за присвоение и растрату. О задержании политика стало известно 22 декабря. 23 декабря Железнодорожный районный суд Красноярска избрал ему меру пресечения в виде заключения под стражу на срок по 20 февраля 2022 года.
Подробности дела следственные органы пока не разглашали. Как предполагается, дело против Натарова имеет ту же расследовательскую базу, что и уголовное дело против его сына Антона. Антон Натаров был задержан в начале 2019 года по подозрению в хищении бюджетных средств, выделенных на поставки угля на север края. На тот момент молодой человек занимал пост советника губернатора Усса. Натаров-младший (предположительно, не без помощи своего отца) устроил знакомого на должность главы одной из госкомпаний, чтобы получать бюджетные деньги, которые выделяли на уголь для Игарки. Компания заключала договоры с подконтрольными фирмами на оказание информационных и рекламных услуг в изданиях Newslab и Dela, хотя на самом деле договоры не исполнялись. Указанные издания — рупоры ЛДПР в Красноярском крае.
Арест Сергея Натарова — событие громкое и резонансное. В ЛДПР заявляют, что уголовное преследование яркого представителя партии имеет политическую подоплёку и является попыткой давления и дискредитации. Партия выпустила официальное заявление, в котором говорится, что власти инициировали уголовное дело в ответ на успехи ЛДПР в регионе под руководством Натарова. Крайне сомнительное утверждение. С учётом итогов выборов образца 2021 года властям следовало скорее наградить Натарова, нежели преследовать в правовом поле. А с дискредитацией представители ЛДПР сами успешно справляются, без всяких уголовных дел. Тем не менее в жёлто-синем стане упирают на то, что с 2015 года благодаря работе Натарова в регионе количество членов партии увеличилось до 10 тысяч, а количество депутатов местного самоуправления превысило 400. Ну что же, пусть так — публично расписаться в недавнем провале жириновцам не с руки.
На самом деле есть ощущение, что задержание и последующий арест Натарова-старшего стали кульминацией какого-то неумолимого действа. Информационное поле вокруг политического старожила стало сгущаться в преддверии сентябрьских выборов — в частности, фамилия видного деятеля ЛДПР гремела в контексте торговли мандатами. За неделю до выборов ЛДПР сняла своего кандидата Ирину Авдошкевич с выборов в Заксобрание по округу №17 от Канского и Дзержинского районов в Красноярском крае. Со снятием Авдошкевич ЛДПР осталась по этому округу без единого кандидата. Женщина рассказала, что в партии с неё потребовали 5-6 миллионов рублей за продолжение участия в избирательной гонке.
После выборов, которые для краевой ячейки ЛДПР прошли крайне неудачно (партия снизила своё представительство в краевом Заксобрании в два раза), атмосфера продолжила нагнетаться. В провале партии в регионе стали винить лично Сергея Натарова. В медиапространстве курсировали то ли слухи, то ли инсайды о том, что вслед за Антоном Натаровым под уголовное преследование может попасть и глава семейства. Собственно, именно такая развязка и последовала.
И то, что Сергей Натаров (предварительно публично склонив колено перед единороссами) договорился с руководством края и получил пост вице-спикера краевого парламента — данное обстоятельство от беды его не уберегло. К слову, внутриполитический блок краевого истеблишмента, заполучив Натарова-старшего в качестве прислужника, наверняка ликовало — о карманном предводителе псевдооппозиционной партии они мечтали давно. Но, как говорится, силовики внесли свои коррективы.
Свои коррективы силовые органы вносят в действительность не только Красноярского края, но и других регионов. 22 декабря стал днём задержаний по стране. В этот день стало известно о задержании мэра Краснодара Андрея Алексеенко — его подозревают в получении взятки в 2018 году, когда тот занимал должность вице-губернатора. Тогда же, 22 декабря, в Татарстане задержали ректора Казанского федерального университета.
На время следствия Сергей Натаров сохранит за собой пост вице-спикера Законодательного собрания региона — его полномочия, согласно регламентам, могут быть прекращены только в случае судебного решения. Данный нюанс тем не менее не снимает с повестки вопрос о том, кто займёт пост вице-спикера вместо Натарова. Вряд ли власти решатся отнять этот пост у ЛДПР. Не забываем, что Натарову пришлось порядком унизиться, чтобы получить его. Потому нового вице-спикера с большой вероятностью следует искать среди жёлто-синих. В медиапространстве фигурируют три кандидатуры: Алексей Бойков, Захар Енджиевский и Александр Глисков. Выбор в пользу последнего видится наиболее логичным. Александр Глисков — фактический лидер ЛДПР в Красноярском крае и к тому же возглавляет фракцию партии в Заксобрании. Его назначение вряд ли придётся по душе Сергею Натарову, потому как отношения между двумя членами ЛДПР в последнее время переросли если не во вражду, то в неприязнь точно.
Но кто и что позволит Натарову влиять на политические процессы из застенок? К слову, в краевом Заксобрании арест Сергея Натарова не прокомментировали. Словно не произошло ничего.
Вопрос, который незримо стоит на повестке: бросает ли преследование семьи Натаровых тень на губернатора Александра Усса. Антон Натаров получил пост губернаторского советника в результате кулуарной договорённости. Поговаривают, его назначение преследовало конкретные цели, среди которых — оградить тогда ещё новоявленного мэра Ерёмина от критики, а также остановить поток разоблачений Фонда капремонта. Впрочем, сам Александр Викторович старается не видеть для себя тревожных звоночков и не считает преследование Натаровых политически мотивированным — так он заявил на итоговой пресс-конференции.
Пока вывод нужно сделать лишь один: неприкасаемых становится всё меньше. От тюрьмы и от сумы не зарекайся — мораль из известной пословицы становится всё более актуальной для политического ландшафта регионов.
